<?xml version="1.0" encoding="UTF-8"?>
<!DOCTYPE article PUBLIC "-//NLM//DTD JATS (Z39.96) Journal Publishing DTD v1.3 20210610//EN" "JATS-journalpublishing1-3.dtd">
<article article-type="research-article" dtd-version="1.3" xmlns:mml="http://www.w3.org/1998/Math/MathML" xmlns:xlink="http://www.w3.org/1999/xlink" xmlns:xsi="http://www.w3.org/2001/XMLSchema-instance" xml:lang="ru"><front><journal-meta><journal-id journal-id-type="publisher-id">problendo</journal-id><journal-title-group><journal-title xml:lang="ru">Проблемы Эндокринологии</journal-title><trans-title-group xml:lang="en"><trans-title>Problems of Endocrinology</trans-title></trans-title-group></journal-title-group><issn pub-type="ppub">0375-9660</issn><issn pub-type="epub">2308-1430</issn><publisher><publisher-name>Endocrinology Research Centre</publisher-name></publisher></journal-meta><article-meta><article-id pub-id-type="doi">10.14341/probl11546</article-id><article-id custom-type="elpub" pub-id-type="custom">problendo-11546</article-id><article-categories><subj-group subj-group-type="heading"><subject>Research Article</subject></subj-group><subj-group subj-group-type="section-heading" xml:lang="ru"><subject>Клиническая эндокринология</subject></subj-group><subj-group subj-group-type="section-heading" xml:lang="en"><subject>Clinical endocrinology</subject></subj-group></article-categories><title-group><article-title>Аутоантитела к глутаматдекарбоксилазе у детей с впервые выявленным инсулинзависимым сахарным диабетом</article-title><trans-title-group xml:lang="en"><trans-title>Autoantibodies to glutamic acid decarboxylase in children with newly detected insulin-dependent diabetes mellitus</trans-title></trans-title-group></title-group><contrib-group><contrib contrib-type="author" corresp="yes"><name-alternatives><name name-style="eastern" xml:lang="ru"><surname>Трофименко</surname><given-names>В Ф</given-names></name><name name-style="western" xml:lang="en"><surname>Trofimenko</surname><given-names>V F</given-names></name></name-alternatives><email xlink:type="simple">probl@endojournals.ru</email><xref ref-type="aff" rid="aff-1"/></contrib><contrib contrib-type="author" corresp="yes"><name-alternatives><name name-style="eastern" xml:lang="ru"><surname>Злобина</surname><given-names>Е В</given-names></name><name name-style="western" xml:lang="en"><surname>Zlobina</surname><given-names>Ye V</given-names></name></name-alternatives><email xlink:type="simple">probl@endojournals.ru</email><xref ref-type="aff" rid="aff-1"/></contrib><contrib contrib-type="author" corresp="yes"><name-alternatives><name name-style="eastern" xml:lang="ru"><surname>Лебедев</surname><given-names>Н В</given-names></name><name name-style="western" xml:lang="en"><surname>Lebedev</surname><given-names>N V</given-names></name></name-alternatives><email xlink:type="simple">probl@endojournals.ru</email><xref ref-type="aff" rid="aff-1"/></contrib><contrib contrib-type="author" corresp="yes"><name-alternatives><name name-style="eastern" xml:lang="ru"><surname>Мартынова</surname><given-names>М И</given-names></name><name name-style="western" xml:lang="en"><surname>Martynova</surname><given-names>M I</given-names></name></name-alternatives><email xlink:type="simple">probl@endojournals.ru</email><xref ref-type="aff" rid="aff-1"/></contrib><contrib contrib-type="author" corresp="yes"><name-alternatives><name name-style="eastern" xml:lang="ru"><surname>Пилютик</surname><given-names>В Ф</given-names></name><name name-style="western" xml:lang="en"><surname>Pilytik</surname><given-names>V F</given-names></name></name-alternatives><email xlink:type="simple">probl@endojournals.ru</email><xref ref-type="aff" rid="aff-1"/></contrib><contrib contrib-type="author" corresp="yes"><name-alternatives><name name-style="eastern" xml:lang="ru"><surname>Щеголькова</surname><given-names>Т С</given-names></name><name name-style="western" xml:lang="en"><surname>Schegolkova</surname><given-names>T S</given-names></name></name-alternatives><email xlink:type="simple">probl@endojournals.ru</email><xref ref-type="aff" rid="aff-1"/></contrib><contrib contrib-type="author" corresp="yes"><name-alternatives><name name-style="eastern" xml:lang="ru"><surname>Злобина</surname><given-names>Е Н</given-names></name><name name-style="western" xml:lang="en"><surname>Zlobina</surname><given-names>Ye N</given-names></name></name-alternatives><email xlink:type="simple">probl@endojournals.ru</email><xref ref-type="aff" rid="aff-1"/></contrib><contrib contrib-type="author" corresp="yes"><name-alternatives><name name-style="eastern" xml:lang="ru"><surname>Дедов</surname><given-names>И И</given-names></name><name name-style="western" xml:lang="en"><surname>Dedov</surname><given-names>I I</given-names></name></name-alternatives><email xlink:type="simple">probl@endojournals.ru</email><xref ref-type="aff" rid="aff-1"/></contrib></contrib-group><aff-alternatives id="aff-1"><aff xml:lang="ru"><institution>&lt;p&gt;ГУ Эндокринологический научный центр РАМН; Институт иммунологии Минздрава России&lt;/p&gt;</institution><country>Россия</country></aff><aff xml:lang="en"><institution>&lt;p&gt;Endocrinology Research Centre; Immunology Research Institute&lt;/p&gt;</institution><country>Russian Federation</country></aff></aff-alternatives><pub-date pub-type="collection"><year>1994</year></pub-date><pub-date pub-type="epub"><day>15</day><month>04</month><year>1994</year></pub-date><volume>40</volume><issue>2</issue><issue-title>ТОМ 40, №2 (1994)</issue-title><fpage>18</fpage><lpage>21</lpage><permissions><copyright-statement>Copyright &amp;#x00A9; Трофименко В.Ф., Злобина Е.В., Лебедев Н.В., Мартынова М.И., Пилютик В.Ф., Щеголькова Т.С., Злобина Е.Н., Дедов И.И., 1994</copyright-statement><copyright-year>1994</copyright-year><copyright-holder xml:lang="ru">Трофименко В.Ф., Злобина Е.В., Лебедев Н.В., Мартынова М.И., Пилютик В.Ф., Щеголькова Т.С., Злобина Е.Н., Дедов И.И.</copyright-holder><copyright-holder xml:lang="en">Trofimenko V.F., Zlobina Y.V., Lebedev N.V., Martynova M.I., Pilytik V.F., Schegolkova T.S., Zlobina Y.N., Dedov I.I.</copyright-holder><license license-type="creative-commons-attribution" xlink:href="https://creativecommons.org/licenses/by/4.0/" xlink:type="simple"><license-p>This work is licensed under a Creative Commons Attribution 4.0 License.</license-p></license></permissions><self-uri xlink:href="https://www.probl-endojournals.ru/jour/article/view/11546">https://www.probl-endojournals.ru/jour/article/view/11546</self-uri><abstract><p>Инсулинзависимый сахарный диабет (ИЗСД) занимает существенное место в структуре хронической патологии детей и подростков. Современные данные свидетельствуют об аутоиммунной природе деструкции р-клеток поджелудочной железы, что приводит к манифестации сахарного диабета (СД) I типа. Большое значение имеют исследования, направленные на изучение патогенетических механизмов развития этого заболевания, выявление антигена-мишени для аутоиммунного процесса. В настоящее время основной мишенью для аутоантител (АТ) к островковым клеткам поджелудочной железы считается антиген (АГ) Р-64. АТ к АГ Р-64 впервые были обнаружены у больных ИЗСД в 1982 г. S. Baekkeskov. Р-64 представляет собой белковый комплекс, состоящий из субъединиц с мол. м. 64—69 кДа. Этот АГ видонеспецифичен, обнаруживается как на поверхности р-клеток, так и в цитоплазматической области. Роль АТ к АГ Р-64 в патогенезе заболевания и высокая специфичность этого иммунологического маркера для развития ИЗСД подтверждаются как при изучении СД I типа на лабораторных животных- мышах линии NOD и крысах линии ВВ, так и в клинических исследованиях. Данные АТ определяются в крови за несколько месяцев или даже лет до клинической манифестации СД, встречаются у 80—90 % больных с впервые выявленным ИЗСД и отсутствуют у здоровых лиц. В последнее время выяснено, что данный комплекс, будучи одной из регуляторных структур р-клетки, модулирует стимулируемую глюкозой секрецию инсулина. АГ Р-64 имеет ферментативную активность декарбоксилазы глутаминовой кислоты (ГДК), катализирующей синтез гаммааминомасляной кислоты (ГАМК). В свою очередь ГАМК является одним из основных медиаторов нейроэндокринной системы. В максимальном количестве ГДК содержится как в островковых клетках поджелудочной железы (островковая форма), так и в клетках Пуркинье мозжечка (мозговая форма). Очень высокая степень гомологии обеих форм показана при изучении их на молекулярном уровне. Установлено, что аутоантитела к островковой ГДК идентичны аутоантителам к АГ Р-64 и имеется перекрестное взаимодействие между АТ к АГ Р-64 и мозговой ГДК. Обнаружение АТ к мозговой ГДК в сыворотке крови больных ИЗСД является еще одним подтверждением схожести мозговой и островковой форм ГДК и позволяет рассматривать аутоантитела к мозговой ГДК как иммунологический маркер ИЗСД. Известно, что СД I типа обладает значительным полиморфизмом как по характеру манифестации, так и по течению заболевания. На развитие СД в детском возрасте могут оказывать влияние половые и возрастные особенности, наличие наследственной предрасположенности и т. д. Для изучения подобных вопросов патогенеза ИЗСД детского возраста несомненный интерес представляет исследование маркеров аутоиммунитета у больных СД детей в сравнении с их здоровыми сверстниками.</p><p>Цель настоящего исследования — выявить частоту встречаемости аутоантител к мозговой ГДК у детей с впервые выявленным ИЗСД, а также установить возможную зависимость встречаемости этого маркера от пола, возраста обследуемых, наличия ИЗСД у ближайших родственников ребенка, возникновения ацетонурии в момент манифестации, быстроты развития клинической картины заболевания.</p></abstract><trans-abstract xml:lang="en"><p>Glutamic acid decarboxylase (GAD) is considered as target antigen in pancreatic beta cell autoimmunity. Two isoforms of GAD (islet and brain GAD) were detected recently. In circulation of approximately 80 % of recently detected patients with insulin-dependent diabetes mellitus (IDDM) autoantibodies to brain GAD (bGAD) have been demonstrated. To detect autoantibodies to bGAD blood sera of 48 children aged 1 to 14, 36 of these with newly diagnosed IDDM, 2 with impaired glucose tolerance (IGT), 10 healthy controls, were tested. Indirect immunofluorescent staining of rat cerebellum cryoslices was carried out. The results were assessed using fluorescent microscopy and processed by statistical methods. Autoantibodies to bGAD were found in 30 out of 36 patients with IDDM: 83,3±12,4 % (p=95%), in 1 with IGT, and in none of controls. The fact that all controls were anti- body-negative proves a high specificity of this immunological marker of IDDM. Family history or a younger age by the moment of diabetes onset were conducive to a higher prevalence of autoantibodies to GAD, each of these factors being unrelated to the other.</p></trans-abstract><kwd-group xml:lang="ru"><kwd>Сахарный диабет</kwd><kwd>Глутаматдекарбоксилаза</kwd><kwd>Аутоиммунитет</kwd></kwd-group><kwd-group xml:lang="en"><kwd>Diabetes mellitus</kwd><kwd>Glutamic acid decarboxylase</kwd><kwd>Autoimmunity</kwd></kwd-group></article-meta></front><body><p>Инсулинзависимый сахарный диабет (ИЗСД) занимает существенное место в структуре хронической патологии детей и подростков. Современные данные свидетельствуют об аутоиммунной природе деструкции р-клеток поджелудочной железы, что приводит к манифестации сахарного диабета (СД) I типа. Большое значение имеют исследования, направленные на изучение патогенетических механизмов развития этого заболевания, выявление антигена-мишени для аутоиммунного процесса. В настоящее время основной мишенью для аутоантител (АТ) к островковым клеткам поджелудочной железы считается антиген (АГ) Р-64 [1, 2, 11]. АТ к АГ Р-64 впервые были обнаружены у больных ИЗСД в 1982 г. S. Baekkeskov. Р-64 представляет собой белковый комплекс, состоящий из субъединиц с мол. м. 64—69 кДа. Этот АГ видонеспецифичен, обнаруживается как на поверхности р-клеток, так и в цитоплазматической области [1, 2]. Роль АТ к АГ Р-64 в патогенезе заболевания и высокая специфичность этого иммунологического маркера для развития ИЗСД подтверждаются как при изучении СД I типа на лабораторных животных- мышах линии NOD и крысах линии ВВ [<xref ref-type="bibr" rid="cit9">9</xref>], так и в клинических исследованиях [4—6, 9—11]. Данные АТ определяются в крови за несколько месяцев или даже лет до клинической манифестации СД, встречаются у 80—90 % больных с впервые выявленным ИЗСД и отсутствуют у здоровых лиц [<xref ref-type="bibr" rid="cit10">10</xref>]. В последнее время выяснено, что данный комплекс, будучи одной из регуляторных структур р-клетки, модулирует стимулируемую глюкозой секрецию инсулина [1, 10]. АГ Р-64 имеет ферментативную активность декарбоксилазы глутаминовой кислоты (ГДК), катализирующей синтез гаммааминомасляной кислоты (ГАМК). В свою очередь ГАМК является одним из основных медиаторов нейроэндокринной системы [1, 6, 10]. В максимальном количестве ГДК содержится как в островковых клетках поджелудочной железы (островковая форма), так и в клетках Пуркинье мозжечка (мозговая форма) [3, 7, 8]. Очень высокая степень гомологии обеих форм показана при изучении их на молекулярном уровне. Установлено, что аутоантитела к островковой ГДК идентичны аутоантителам к АГ Р-64 и имеется перекрестное взаимодействие меж-</p><p>Микрофотография клеток Пуркинье мозжечка. Специфическое иммунофлюоресцентное окрашивание клеток Пуркинье на срезе мозжечка крысы при наличии антител к ГДК в тестируемой сыворотке крови. Х450.</p><p>ду АТ к АГ Р-64 и мозговой ГДК [1, 12]. Обнаружение АТ к мозговой ГДК в сыворотке крови больных ИЗСД является еще одним подтверждением схожести мозговой и островковой форм ГДК и позволяет рассматривать аутоантитела к мозговой ГДК как иммунологический маркер ИЗСД. Известно, что СД I типа обладает значительным полиморфизмом как по характеру манифестации, так и по течению заболевания. На развитие СД в детском возрасте могут оказывать влияние половые и возрастные особенности, наличие наследственной предрасположенности и т. д. Для изучения подобных вопросов патогенеза ИЗСД детского возраста несомненный интерес представляет исследование маркеров аутоиммунитета у больных СД детей в сравнении с их здоровыми сверстниками.</p><p>Цель настоящего исследования — выявить частоту встречаемости аутоантител к мозговой ГДК у детей с впервые выявленным ИЗСД, а также установить возможную зависимость встречаемости этого маркера от пола, возраста обследуемых, наличия ИЗСД у ближайших родственников ребенка, возникновения ацетонурии в момент манифестации, быстроты развития клинической картины заболевания.</p><p>Материалы и методы</p><p>Аутоантитела к мозговой форме ГДК определяли в крови у 48 детей 1—14 лет, в том числе у 36 с впервые выявленным ИЗСД, у 2 с нарушенной толерантностью к глюкозе (НТГ), у 10 практически здоровых (контрольная группа). Диагноз установлен в соответствии с классификацией ВОЗ. Дети, больные ИЗСД, обследованы в сроки от 1 года до 12 дней от начала инсулинотерапии. Все обследуемые были разделены на группы по полу и возрасту, дети с ИЗСД — дополнительно по следующим признакам: семейный (болен один из близких родственников ребенка и более) или спорадический характер заболевания, длительность продромального периода (время от первых клинических признаков до явного проявления инсулиновой недостаточности), наличие или отсутствие ацетонурии. Среди обследованных детей было II мальчиков и 22 девочки с СД и 2 девочки с НТГ. По возрасту все дети были разделены на 3 группы: 1—4 года (младшая), 5—9 лет (средняя), 10—14 лет (старшая). В младшей возрастной группе оказалось 6 (16,7%) детей, больных СД I типа, мальчиков и девочек поровну. В средней группе было 12 (33,3%) детей (2 мальчика, 10 девочек), больных СД, в старшей — 18 (50%) детей (8 мальчиков и 10 девочек). Девочки с НТГ относились к средней возрастной группе. В контрольной группе 2 детей были в возрасте 5—9 лет, 8 — в возрасте 10—14 лет. Семейный анамнез заболевания выявлен у 6 (15,8%) детей. Длительность продромального периода составила в среднем 4,5± 1,8 нед. Минимальной (2± ±0,6 нед) она была у детей 1—4 лет, максимальной (6,3± ±3,8 нед) — у детей 10—14 лет. У 2 мальчиков 11 и 13 лет и девочки 9 лет она превысила 20 нед. Ацетонурия встречалась у 60 % детей.</p><p>Для определения аутоантител к мозговой форме ГДК в сыворотке крови людей был разработан вариант реакции непрямой иммунофлюоресценции на криосрезах мозжечка крыс линии Вистар. Ткани замораживались в жидком азоте. С помощью криотома LEITZ приготовлялись криосрезы толщиной 4 мкм с последующей фиксацией в ацетоне при 4 °C. Срезы служили в качестве антигена для тестирования исследуемых сывороток на присутствие специфических аутоантител. Участки неспецифического связывания блокировались нормальной кроличьей сывороткой. Исследуемые сыворотки разводились в соотношении 1:10 в фосфатно-буферной смеси с добавлением 20 % телячьей эмбриональной сыворотки, предварительно инактивированной при 56 °C в течение 30 мин.</p><p>Аутоантитела из сыворотки кр,ови больного, связавшиеся с участками среза ткани, содержащими АГ, выявлялись вторичными АТ, конъюгированными с флюоресцинизотиоцианатом (ФИТЦ). В реакции использовали конъюгат кроличьей сыворотки против иммуноглобулинов человека (RAH) с ФИТЦ, разведенный в фосфатном буфере в соотношении 1:150 с добавлением бычьего сывороточного альбумина. Учет реакции производился с помощью флюоресцентного микроскопа с фотоприставкой. Специфическое окрашивание среза, обработанного сывороткой больного, свидетельствовало о наличии специфических аутоантител у данного больного (см. рисунок).</p><p>В качестве отрицательного контроля реакции использовалась сыворотка крови здорового донора, не содержащая аутоантитела, положительного — АТ-позитивная сыворотка крови больной ИЗСД 24 лет. Контрольные сыворотки предварительно были тестированы на наличие аутоантител к ГДК методом радиоиммунопреципитации глутаматдекарбоксилазной активности в лизате мозжечка.</p><p>Обработка полученных данных производилась на основе использования методов математической статистики. Основными показателями являлись среднее значение статистического ряда, среднеквадратическое отклонение, коэффициент вариации изучаемых показателей, ошибка средней, ошибка разности. Принималось Р±95%, /=2 как для абсолютных, так и для относительных единиц измерения. При сравнении групп детей по разным признакам с учетом возраста и пола применялся метод стандартизации.</p><p>Результаты и их обсуждение</p><p>Из 36 детей с впервые выявленным СД I типа аутоантитела к мозговой форме ГДК присутствовали у 30 (83,3±12,4 %) (Р=95%). Также наличие АТ выявлено у 1 девочки с НТГ. Все дети из контрольной группы были антителонегативными (АТ-).</p><p>Полученные результаты подтверждают частую выявляемость АТ к мозговой ГДК у детей с впервые выявленным ИЗСД, сходную с частотой обнаружения АТ к АГ Р-64 у больных СД I типа. Основой этого являются упомянутые ранее высокая корреляция между данными видами антител, а также структурная гомология мозговой ГДК и АГ Р-64 островковых клеток поджелудочной железы. Так, по сообщениям I. Dedov и соавт.</p><p>Вопрос обнаружения аутоантител у детей с НТГ требует дальнейшего изучения. В нашем случае у антителопозитивной (АТ+) больной с НТГ вероятно развитие ИЗСД, особенно учитывая семейный анамнез. Однако возможен транзиторный вариант присутствия аутоантител без дальнейшего развития СД I типа.</p><p>Результаты сравнительного изучения частоты АТ+-случаев в различных группах детей приведены ниже. Антителопозитивными оказались 83 % больных ИЗСД детей младшей возрастной группы, 100 % — средней и 72 % — старшей. Различие между младшей и средней группами статистически недостоверно. При сравнении же детей 1—9 и 10—14 лет выявилось явное преобладание (/=2, Р=95 %) АТ+-больных в 1-й группе. Соотношение девочек и мальчиков, имеющих аутоантитела, во всех возрастных группах было 1:1. У 100% детей с семейным анамнезом ИЗСД найдены АТ к ГДК. Среди детей со спорадическим ИЗСД АТ выявлены у 78,6 %. Различия по этому показателю для обеих групп имеют высокую степень достоверности. У ребенка с НТГ, имеющего аутоантитела, среди родственников двое страдают СД I типа. По характеру дебюта заболевания (наличие ацетонурии, длительность продромального периода) существенных различий между АТ+- и АТ_- детьми не найдено. Однако обращает на себя внимание относительно более редкое развитие ацетонурии у АТ_-детей.</p><p>Более высокая частота АТ+-детей в группе детей 1—9 лет по сравнению с группой 10—14 лет может свидетельствовать о некотором различии в патогенезе ИЗСД и особенностях аутоиммунного процесса у детей до- и пубертатного возраста. Уменьшение выявляемое™ аутоантител при увеличении возраста начала СД было отмечено и при изучении антиостровковых цитоплазматических аутоантител [<xref ref-type="bibr" rid="cit11">11</xref>].</p><p>Половых различий при анализе данного звена аутоиммунитета у детей не найдено. Однако другой фактор — наследственность, по-видимому, играет роль. На это указывает достоверное различие в выявляемости АТ у детей с семейным и спорадическим ИЗСД. После стандартизации по возрасту и наличию семейного СД у детей разных возрастных групп отличие по этим показателям сохранялось. Это указывает на независимое влияние наследственности и более раннего возраста начала СД на появление аутоантител.</p><p>В настоящем исследовании взаимосвязи длительности продромального периода, тяжести манифестации заболевания и признаков аутоиммунного процесса не найдено. Однако эта проблема требует дальнейшего изучения. Возможно, на длительность продромального периода и тяжесть обменных нарушений в дебюте ИЗСД в большей степени влияют провоцирующие факторы окружающей среды и своевременность начала ин- сулинотерапии.</p><p>Выводы</p><p>Выявляемое™ АТ у детей с семейным анамнезом ИЗСД значительно выше по сравнению с детьми, имеющими спорадический ИЗСД.</p></body><back><ref-list><title>References</title><ref id="cit1"><label>1</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Злобина Е. Н. Аутоиммунные механизмы развития ИЗСД: Автореф. дис. ... д-ра мед. наук.— М.. 1991.</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Злобина Е. Н. Аутоиммунные механизмы развития ИЗСД: Автореф. дис. ... д-ра мед. наук.— М.. 1991.</mixed-citation></citation-alternatives></ref><ref id="cit2"><label>2</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Aanstoot H.-J.. Christgau S.. Baekkeskov S. // The International Immunology and Diabetes Workshop. 11-th.— Nagasaki. 1991.— P. SI—P3.</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Aanstoot H.-J.. Christgau S.. Baekkeskov S. // The International Immunology and Diabetes Workshop. 11-th.— Nagasaki. 1991.— P. SI—P3.</mixed-citation></citation-alternatives></ref><ref id="cit3"><label>3</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Aizpurva H. Harrison L. C. // Ibid.— P. SI—P8.</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Aizpurva H. Harrison L. C. // Ibid.— P. SI—P8.</mixed-citation></citation-alternatives></ref><ref id="cit4"><label>4</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Dedov I. I.. Smirnova О. M.. Zlobina E. N. et al. // Ibid.— P. S1-P3.</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Dedov I. I.. Smirnova О. M.. Zlobina E. N. et al. // Ibid.— P. S1-P3.</mixed-citation></citation-alternatives></ref><ref id="cit5"><label>5</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Drash A. L. // Diabet. in the Young.— 1991.— N 25.— P. 14—25.</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Drash A. L. // Diabet. in the Young.— 1991.— N 25.— P. 14—25.</mixed-citation></citation-alternatives></ref><ref id="cit6"><label>6</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Genovese S.. Bonifacio E. et al. // The International Immunology and Diabetes Workshop. 11-th.— Nagasaki. 1991— P. S1-P6.</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Genovese S.. Bonifacio E. et al. // The International Immunology and Diabetes Workshop. 11-th.— Nagasaki. 1991— P. S1-P6.</mixed-citation></citation-alternatives></ref><ref id="cit7"><label>7</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Gianani B.. Jackson R.. Eisenbarth G. S. // Ibid.— P. SI — P9.</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Gianani B.. Jackson R.. Eisenbarth G. S. // Ibid.— P. SI — P9.</mixed-citation></citation-alternatives></ref><ref id="cit8"><label>8</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Gram D. S.. Barnett L. D.. Joseph J. L.. Harrison L. C. // Ibid.— P. SI—P7.</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Gram D. S.. Barnett L. D.. Joseph J. L.. Harrison L. C. // Ibid.— P. SI—P7.</mixed-citation></citation-alternatives></ref><ref id="cit9"><label>9</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Riley W. J. // Clin. Immunol. Immunopath.— 1989.— Vol. 53.— P. 92—98.</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Riley W. J. // Clin. Immunol. Immunopath.— 1989.— Vol. 53.— P. 92—98.</mixed-citation></citation-alternatives></ref><ref id="cit10"><label>10</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Roep В. // T Lymphocytes and the Pathogenesis of Type 1 (Insulin-Dependent) Diabetes Mellitus.— Albasserdam. 1992 — P. 49—51.</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Roep В. // T Lymphocytes and the Pathogenesis of Type 1 (Insulin-Dependent) Diabetes Mellitus.— Albasserdam. 1992 — P. 49—51.</mixed-citation></citation-alternatives></ref><ref id="cit11"><label>11</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Ziblasek J.. Jackon R. A.. Eisenbarth G. E. // Clin. Immunol. Immunopath.— 1989.— Vol. 52.— P. 347—365.</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Ziblasek J.. Jackon R. A.. Eisenbarth G. E. // Clin. Immunol. Immunopath.— 1989.— Vol. 52.— P. 347—365.</mixed-citation></citation-alternatives></ref><ref id="cit12"><label>12</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Zlobina E.. Andreev S.. Dubinkin I. et al. // The International Congress on Endocrinology. 9-th.— Paris. 1992.— P. 376.</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Zlobina E.. Andreev S.. Dubinkin I. et al. // The International Congress on Endocrinology. 9-th.— Paris. 1992.— P. 376.</mixed-citation></citation-alternatives></ref></ref-list><fn-group><fn fn-type="conflict"><p>The authors declare that there are no conflicts of interest present.</p></fn></fn-group></back></article>
