<?xml version="1.0" encoding="UTF-8"?>
<!DOCTYPE article PUBLIC "-//NLM//DTD JATS (Z39.96) Journal Publishing DTD v1.3 20210610//EN" "JATS-journalpublishing1-3.dtd">
<article article-type="research-article" dtd-version="1.3" xmlns:mml="http://www.w3.org/1998/Math/MathML" xmlns:xlink="http://www.w3.org/1999/xlink" xmlns:xsi="http://www.w3.org/2001/XMLSchema-instance" xml:lang="ru"><front><journal-meta><journal-id journal-id-type="publisher-id">problendo</journal-id><journal-title-group><journal-title xml:lang="ru">Проблемы Эндокринологии</journal-title><trans-title-group xml:lang="en"><trans-title>Problems of Endocrinology</trans-title></trans-title-group></journal-title-group><issn pub-type="ppub">0375-9660</issn><issn pub-type="epub">2308-1430</issn><publisher><publisher-name>Endocrinology Research Centre</publisher-name></publisher></journal-meta><article-meta><article-id pub-id-type="doi">10.14341/probl11597</article-id><article-id custom-type="elpub" pub-id-type="custom">problendo-11597</article-id><article-categories><subj-group subj-group-type="heading"><subject>Research Article</subject></subj-group><subj-group subj-group-type="section-heading" xml:lang="ru"><subject>Клинические случаи</subject></subj-group><subj-group subj-group-type="section-heading" xml:lang="en"><subject>Case Reports</subject></subj-group></article-categories><title-group><article-title>Клинико-гормональная и молекулярная характеристика врожденной дисфункции коры надпочечников вследствие дефицита P450с11 (11β-гидроксилаза): описание двух случаев заболевания</article-title><trans-title-group xml:lang="en"><trans-title>Clinicohormonal and molecular characteristics of congenital adrenal cortical dysfunction due to P450c11 (11β-hydroxylase): description of two cases of the diseases</trans-title></trans-title-group></title-group><contrib-group><contrib contrib-type="author" corresp="yes"><name-alternatives><name name-style="eastern" xml:lang="ru"><surname>Калинченко</surname><given-names>Н. Ю.</given-names></name><name name-style="western" xml:lang="en"><surname>Kalinchenko</surname><given-names>N. Yu.</given-names></name></name-alternatives><email xlink:type="simple">probl@endojournals.ru</email><xref ref-type="aff" rid="aff-1"/></contrib><contrib contrib-type="author" corresp="yes"><name-alternatives><name name-style="eastern" xml:lang="ru"><surname>Тюльпаков</surname><given-names>А. Н.</given-names></name><name name-style="western" xml:lang="en"><surname>Tyulpakov</surname><given-names>A. N.</given-names></name></name-alternatives><email xlink:type="simple">probl@endojournals.ru</email><xref ref-type="aff" rid="aff-1"/></contrib><contrib contrib-type="author" corresp="yes"><name-alternatives><name name-style="eastern" xml:lang="ru"><surname>Петеркова</surname><given-names>В. А.</given-names></name><name name-style="western" xml:lang="en"><surname>Peterkova</surname><given-names>V. A.</given-names></name></name-alternatives><email xlink:type="simple">probl@endojournals.ru</email><xref ref-type="aff" rid="aff-1"/></contrib><contrib contrib-type="author" corresp="yes"><name-alternatives><name name-style="eastern" xml:lang="ru"><surname>Семичева</surname><given-names>Т. В.</given-names></name><name name-style="western" xml:lang="en"><surname>Semicheva</surname><given-names>T. V.</given-names></name></name-alternatives><email xlink:type="simple">probl@endojournals.ru</email><xref ref-type="aff" rid="aff-1"/></contrib><contrib contrib-type="author" corresp="yes"><name-alternatives><name name-style="eastern" xml:lang="ru"><surname>Петер</surname><given-names>М.</given-names></name><name name-style="western" xml:lang="en"><surname>Peter</surname><given-names>M.</given-names></name></name-alternatives><email xlink:type="simple">probl@endojournals.ru</email><xref ref-type="aff" rid="aff-1"/></contrib><contrib contrib-type="author" corresp="yes"><name-alternatives><name name-style="eastern" xml:lang="ru"><surname>Зиппель</surname><given-names>В.</given-names></name><name name-style="western" xml:lang="en"><surname>Zippel</surname><given-names>V.</given-names></name></name-alternatives><email xlink:type="simple">probl@endojournals.ru</email><xref ref-type="aff" rid="aff-1"/></contrib></contrib-group><aff-alternatives id="aff-1"><aff xml:lang="ru"><institution>&lt;p&gt;Эндокринологический научный центр РАМН; Университет Христиана-Альбрехтса&lt;/p&gt;</institution><country>Россия</country></aff><aff xml:lang="en"><institution>&lt;p&gt;&lt;span class="tlid-translation translation" lang="en"&gt;&lt;span title=""&gt;Endocrinological Research Center of RAMS;&lt;/span&gt; &lt;span class="" title=""&gt;Christian Albrechts University&lt;/span&gt;&lt;/span&gt;&lt;/p&gt;</institution><country>Russian Federation</country></aff></aff-alternatives><pub-date pub-type="collection"><year>2003</year></pub-date><pub-date pub-type="epub"><day>15</day><month>06</month><year>2003</year></pub-date><volume>49</volume><issue>3</issue><issue-title>ТОМ 49, №3 (2003)</issue-title><fpage>39</fpage><lpage>42</lpage><permissions><copyright-statement>Copyright &amp;#x00A9; Калинченко Н.Ю., Тюльпаков А.Н., Петеркова В.А., Семичева Т.В., Петер М., Зиппель В., 2003</copyright-statement><copyright-year>2003</copyright-year><copyright-holder xml:lang="ru">Калинченко Н.Ю., Тюльпаков А.Н., Петеркова В.А., Семичева Т.В., Петер М., Зиппель В.</copyright-holder><copyright-holder xml:lang="en">Kalinchenko N.Y., Tyulpakov A.N., Peterkova V.A., Semicheva T.V., Peter M., Zippel V.</copyright-holder><license license-type="creative-commons-attribution" xlink:href="https://creativecommons.org/licenses/by/4.0/" xlink:type="simple"><license-p>This work is licensed under a Creative Commons Attribution 4.0 License.</license-p></license></permissions><self-uri xlink:href="https://www.probl-endojournals.ru/jour/article/view/11597">https://www.probl-endojournals.ru/jour/article/view/11597</self-uri><abstract><p>Статья посвящается клинико-гормональной и молекулярной характеристикам врожденной дисфункции коры надпочечников вследствие дефицита P450с11 (11β-гидроксилаза).</p></abstract><trans-abstract xml:lang="en"><p>The article is devoted to Clinicohormonal and molecular characteristics of congenital adrenal cortical dysfunction due to P450c11 (11β-hydroxylase).</p></trans-abstract><kwd-group xml:lang="ru"><kwd>Клинико-гормональная</kwd><kwd>молекулярная характеристика</kwd><kwd>дисфункция коры</kwd></kwd-group><kwd-group xml:lang="en"><kwd>Clinicohormonal</kwd><kwd>molecular characteristics</kwd><kwd>cortical dysfunction</kwd></kwd-group></article-meta></front><body><p>Врожденная дисфункция коры надпочечников (ВДКН) - это группа заболеваний с аутосомно-рецессивным типом наследования, в основе которых лежит дефект одного из энзимов или транспортных белков, принимающих участие в биосинтезе кортизола в коре надпочечников. Общим в патогенезе данных состояний является снижение синтеза кортизола, ведущее к гиперпродукции АКТГ и, как следствие, развитию гиперплазии коры надпочечников и накоплению метаболитов, предшествующих дефектному этапу стероидогенеза.</p><p>В настоящее время принято выделять 5 вариантов ВДКН: 1) дефицит StAR-протеина (липоидная гиперплазия надпочечников, синдром Прадера); 2) дефицит Зр-стероиддегидрогеназы (Зр-HSD), 3) дефицит CYP17 [Р450с17, 17а-гидроксилаза/17, 20-лиаза] (синдром Беглиери); 4) дефицит CYP21 [Р450с21, 21- гидроксилаза]; 5) дефицит CYP11 Bl [P450cl 1, 1 ip-гидроксилаза]. Помимо указанных выше, известны и другие наследственные дефекты стероидогенных энзимов, которые, однако, не сопровождаются нарушением синтеза кортизола и гиперплазией коры надпочечников (дефицит CYP11B2, дефицит 5а-редукта- зы и др.).</p><p>Дефицит P450cl 1 является наиболее распространенным после дефицита Р450с21 наследственным дефектом стероидогенеза, составляя 5-8% всех случаев ВДКН [<xref ref-type="bibr" rid="cit8">8</xref>]. Его встречаемость в популяции составляет приблизительно 1:100 000. Наиболее высокая распространенность отмечается в странах Средиземноморья [7|.</p><p>У человека имеется две изоформы 11(3-гидроксилазы, CYP11B1 (Р450с 11, 1 ip-гидроксилаза) и CYP11B2 (Р450с18. P450aldo, или альдостеронсинтаза), отвечающих за биосинтез кортизола и альдостерона соответственно. Р450с 11 - это митохондриальный энзим, участвующий в превращении 11-дезокси- кортикостерона в кортикостерон и 11-дезоксикортизола в кортизол. P450aldo (альдостеронсинтаза) участвует в 18-гидроксилировании и последующем окислении кортикостерона и кортизола в альдостерон и 18-оксикортизол.</p><p>При дефиците P450cl 1 нарушается синтез кортизола, что приводит к стимуляции секреции АКТГ и избыточной продукции предшественников, образующихся выше данного этапа стероидогенеза. Избыток дезоксикортикостерона, обладающего минералокортикоидной активностью, ведет к задержке натрия, повышению артериального давления (АД) и подавлению активности ренин-ангиотензиновой системы. Кроме того, при недостаточности Р450с 11 происходит накопление предшественников андрогенов, что является причиной развития ложного женского гермафродитизма у девочек и преждевременного полового развития надпочечникового генеза у мальчиков.</p><p>Ниже мы приводим два клинических случая данной формы ВДКН, при которых диагноз был подтвержден как по результа-</p><p>Фр. 1 (экзоны 1-2)</p><p>Фр.2 (экзоны 3-5)</p><p>Рис. 1. Схема амплификации фрагментов гена CYPl 1В1 и мутации, выявленные в этом гене у больных с дефицитом 11р-гидроксилазы.</p><p>Фр. - фрагмент; =&gt; - расположение пар праймеров, использованных для ПЦР.</p><p>Фр.З (экзоны 6-9)</p><p>там системного (мультистероидного) исследования стероидов, так и при молекулярно-генетическом исследовании.</p><p>Мультистероидный анализ. Мультистероидный анализ с одновременным определением в плазме крови альдостерона, кортикостерона, 11-дезоксикортикостерона, прогестерона, 17-ОН- прогестерона, 11-дезоксикортизола, кортизола, кортизона, андростендиона и тестостерона с помошыо РИА после экстракции и выделения стероидов с помощью ВЭЖХ с использованием метода, разработанного W. Sippell и соавт. (1978) [<xref ref-type="bibr" rid="cit5">5</xref>]. Мультистероидный анализ проводился в лаборатории отделения детской эндокринологии (зав. - проф. В. Зиппель) детской клиники Университета Христиана Альбрехтса (Киль. Германия).</p><p>Молекулярно-генетические исследования. Геномная ДНК была выделена из периферических лейкоцитов с использованием стандартных методов. С помощью ПЦР были амплифицирова- ны 3 фрагмента гена CYPl I В1: фрагмент 1, включающий экзоны 1 и 2, фрагмент 2 - экзоны 3-5, фрагмент 3 - экзоны 6- 9 (рис. 1). Последовательность олигонуклеотидов, использованных для амплификации, была опубликована ранее в работе Р. White и соавт. |4]. Продукты ПЦР были секвенированы с помощью автоматического секвенатора ABI PRISM Model 310 ("Perkin Elmer", США).</p><p>Приводим клинические наблюдения.</p><p>Больной В., 9 лет. Поступил в детское отделение ЭНЦ РАМН с жалобами на ускорение физического развития и преждевременное половое созревание, объемное образование в левом яичке. Мальчик от близкородственного брака (родители - троюродные брат и сестра; рис. 2), от 3-й беременности, первых родов (1-я беременность закончилась медицинским абортом,</p><p>Рис. 2. Родословная больного В.</p><p>2-я - самопроизвольным выкидышем). Масса тела и рост при рождении не измерялись.</p><p>С рождения отмечено увеличение наружных гениталий, опережение сверстников в физическом развитии. В возрасте 6 лет появилось лобковое оволосение. При обследовании было выявлено: АД 120/60 мл рт. ст., костный возраст (КВ) на 15-16 лет, гипокалиемия (3,2 ммоль/л), натрий 133 ммоль/л. Содержание кетостероидов (КС) в моче 3,7 мг/сут (норма до 0,5 мг/сут). УЗИ надпочечников: незначительное увеличение левого надпочечника. УЗИ яичек: объемное образование придатка левого яичка. Признаки преждевременного полового развития расценены как клиническое проявление гормонпродуцируюшей лейдигомы яичка, и ребенку было проведено оперативное удаление опухоли (гистологически - гормонпродуцирующая лейдигома без признаков озлокачествления). В возрасте 8 лет в связи с прогрессированием полового развития проведено дополнительное обследование: при компьютерной томографии (КТ) надпочечников - гиперплазия обоих надпочечников, опухолевидное образование левого надпочечника. УЗИ яичек: рецидив объемного образования левого яичка.</p><p>При поступлении в детское отделение ЭНЦ РАМН в возрасте 8 лет: рост 147,8 см. Телосложение маскулинное, кожа смуглая с гиперпигментацией сосков, наружных гениталий, в местах кожных складок. На лице и спине множественные acne vulgaris. АД 130-150/105-110 мм рт. ст. Половое развитие: Tanner 4 (P4G4), половой член 8 см, яички в мошонке, объем 10 мл, слева пальпируется дополнительное мягкоэластичное образование.</p><p>КВ на 16-16,5 лет. УЗИ надпочечников: гиперплазия надпочечников, оба неоднородной структуры. УЗИ яичек: размеры на 12-13 лет, в левом яичке на задней поверхности дополнительное образование пониженной эхогенности 1,2-0,8 см. УЗИ почек: патологических изменений не обнаружено.</p><p>Учитывая повышенное АД, двустороннюю гиперплазию надпочечников, повышенное содержание в крови предшественников продуктов 1 ip-гидроксилирования (см. таблицу) диагностировано: ВДКН, дефицит Р450с 11. Назначено лечение декса-</p><p>Мультистсроидный анализ плазмы</p><p>Стероиды (нг/мл)</p><p>Б-ной 1 (В. И.)</p><p>Б-ной 2 (Е. Д.)</p><p>/ - гетерозиготное носительство мутации у лиц женского пола; 2 - гетерозиготное носительство мутации у лиц мужского пола; 3 - наш больной (гомозигота); 4 - члены семьи без мутации в этом гене.</p><p>Альдостерон Кортикостерон</p><p>11-Дезокси кортикостерон</p><p>Прогестерон 17-ОН-прогестерон 11-Дезоксикортизол Кортизол Кортизон Тестостерон Андростендион</p><p>0,42 (0,01-0,3)</p><p>0,68 (0,10-9,4)</p><p>8,37 (0,02-0,46)</p><p>1,8 (0,03-0,34)</p><p>19,7 (0,2-0,8)</p><p>58,0 (0,06-1,7)</p><p>144 (18,6-269,4)</p><p>1,0 (2,6-35,5)</p><p>16,3 (0,4-2)</p><p>84,0 (0,8-8)</p><p>0,02 (0,01-0,3)</p><p>0,29 (0,10-9,4)</p><p>11,1 (0,02-0,46)</p><p>1,77 (0,03-0,34) 5,0 (0,15-1,2)</p><p>47,3 (0,06-1,7)</p><p>&lt; 1 (18,6-269,4)</p><p>1,0 (2,6-35,5)</p><p>Рис. 3. Фрагменты нуклеотидной последовательности экзона 2 у больного В. И. (а) и его отца (б). Делеция одного нуклеотида в кодоне 124 (124delG). Родители оказались гетерозиготными носителями мутации.</p><p>метазоном в дозе 0,5 мг/сут под контролем АД, уровня электролитов в крови.</p><p>Больная Е., 13 лет. С рождения неправильное строение наружных гениталий: пениальная уретра, мошонкообразные половые губы, зарегистрирован в мужском поле. С 4-летнего возраста жалобы на ускоренное физическое развитие, потемнение кожных покровов, появление угревой сыпи на лице, оволосение на лобке, изменение тембра голоса.</p><p>Близкородственный брак родители отрицают, ребенок от</p><p>При поступлении в детское отделение ЭНЦ РАМН в возрасте 4,9 года: рост 127,5 см, кожа смуглая, гиперпигментиро- вана, АД 110/70 мм рт. ст. Половое развитие: Tanner 3 (Bl, РЗ), степень вирилизации наружных гениталий Prader 4 (клитор гипертрофированный до 3 см, пениальная уретра, мошонкообразные половые губы).</p><p>При обследовании: кариотип 46, XX, КВ на 14-14,5 года. Гормоны в моче: 17-КС 21,7 мкмоль/сут, 17-ОКС 51,7 мкмоль/сут. Диагностирована ВДКН, гипертоническая форма. Паспортный пол ребенка изменен на женский, назначено лечение преднизолоном в дозе 0,75 мг/сут, произведена феминизирующая пластика наружных гениталий. Но в связи с тем, что прием глюкокортикоидов был нерегулярным, при повторном обследовании в 13 лет отмечено прогрессирование заболевания: маскулинное телосложение, кожные покровы смуглые, АД 140/80 мм рт. ст. Половое развитие: Tanner ВЗ, Р5, менархе отсутствовали.</p><p>УЗИ надпочечников: оба надпочечника гиперплазированы, неоднородной структуры, без объемных образований. УЗИ малого таза: размеры матки соответствуют возрасту, в яичниках мелкокистозные образования.</p><p>Через 3 нед после регулярного приема дексаметазона в дозе 0,75 мг/сут: АД 130/ 100 мм рт. ст. Тестостерон 0,45 нг/мл, 17- ОН-прогестерона 0,9 нг/мл, калий 4,9 ммоль/л. Были однократно менструало- подобные выделения.</p><p>Результаты мультистероидного анализа плазмы представлены в таблице. В обоих случаях выявлено значительное увеличение 11-дезоксикортикостерона,</p><p>В обоих случаях нами выявлены мутации гена CYPl 1В1.</p><p>В случае 1 проведен анализ ДНК как самого пациента, так и его родителей. У пробанда обнаружена гомозиготная мутация в экзоне 2 - делеция одного нуклеотида в кодоне 124 (l24delG). Данная мутация приводит к сдвигу рамки считывания и формированию стоп-кодона в экзоне 3 (кодон 144), что предопределяет синтез укороченного белка. Родители оказались гетерозиготными носителями мутации (рис. 3). Данная мутация при дефиците Р450с 11 выявлена впервые.</p><p>В случае 2 анализировалась только ДНК пациентки. Выявлена гомозиготная мутация - вставка дополнительного триплета CTG (insCTG464) в экзоне 8 (рис. 4). Такой же молекулярный дефект был обнаружен ранее в семье иранских евреев, и по данным эксперимента in vitro было доказано, что эта мутация приводит к значительному снижению активности P450cl 1 [<xref ref-type="bibr" rid="cit2">2</xref>].</p><p>Ген CYP11B1, кодирующий синтез Р450с 11, располагается на длинном плече хромосомы 8 (8q21-q22) на расстоянии приблизительно в 40 кв от гена CYPl 1В2, кодирующего синтез аль- достеронсинтазы. Эти два функционально активных гена имеют в своем строении 95% гомологии, что обусловливает возможность конверсии между одинаковыми участками этих генов [<xref ref-type="bibr" rid="cit7">7</xref>]. Вероятно, именно с конверсией между CYP11B1 и CYPI1B2 связан обнаруживаемый в гене CYPI1BI полиморфизм [<xref ref-type="bibr" rid="cit3">3</xref>], который, однако, в противоположность аналогичному процессу конверсии между гомологичными функционально активным геном CYP21A и псевдогеном CYP21P не приводит к нарушению синтеза белка [<xref ref-type="bibr" rid="cit1">1</xref>] (как известно, большинство мутаций в CYP21A, обусловленные обменом гомологичных участков с псевдогеном, приводят к снижению функции Р450с21). Ген CYPl 1В1 имеет длину примерно 7 кб и состоит из 9 экзонов [4|. Все найденные к настоящему времени мутации в этом гене находятся только в кодирующем регионе, преимущественно в экзонах 2. 6, 7 и 8 (см. рис. 1). В представленном нами молекулярном исследовании гена CYPl I В1 наших пациентов мы описали уже ранее известную мутацию - вставку триплета CTG в кодоне 464 в экзоне 8, а также выявили новую мутацию в экзоне 2 - делеция одного нуклеотида в кодоне 124 (124delG), которая приводит к формированию стоп-кодона в экзоне 3 и, следовательно, к синтезу неполноценного белка.</p><p>Это первое в нашей стране описание случаев дефицита Р450с 11, подтвержденных по результатам мультистероидного анализа и молекулярно-генетического исследования. Возможно, дальнейшие исследования гена CYPI1B1 позволят выявить новые мутации и особенности их распределения на территории России, что расширит наше понимание молекулярных основ дефицита Р450с1.</p><p>Таким образом, использование мультистероидного анализа и молекулярно-генетических исследований позволяет в настоящее время точно локализовать уровень нарушения стероидогенеза. Идентификация мутации в данном случае является не только дополнительным методом для подтверждения диагноза. но и дает возможность при знании ее функциональной характеристики прогнозировать течение заболевания у каждого больного. Развитие молекулярных исследований при ВДКН позволит также осуществлять пренатальную диагностику при этих наследственных нарушениях стероидогенеза.</p><p>а                                               </p><p>G С Г G С Т G С Т С С Т G С АС 200</p><p>б</p><p>А Т G С Т G С Т G С Т G С Т G С А С</p><p>Рис. 4. Фрагмент нуклеотидной последовательности экзона 8 у больной Е. (а) и в контроле (б).</p><p>Врожденная дисфункция коры надпочечников (ВДКН) - это группа заболеваний с аутосомно-рецессивным типом наследования, в основе которых лежит дефект одного из энзимов или транспортных белков, принимающих участие в биосинтезе кортизола в коре надпочечников. Общим в патогенезе данных состояний является снижение синтеза кортизола, ведущее к гиперпродукции АКТГ и, как следствие, развитию гиперплазии коры надпочечников и накоплению метаболитов, предшествующих дефектному этапу стероидогенеза.</p><p>В настоящее время принято выделять 5 вариантов ВДКН: 1) дефицит StAR-протеина (липоидная гиперплазия надпочечников, синдром Прадера); 2) дефицит Зр-стероиддегидрогеназы (Зр-HSD), 3) дефицит CYP17 [Р450с17, 17а-гидроксилаза/17, 20-лиаза] (синдром Беглиери); 4) дефицит CYP21 [Р450с21, 21- гидроксилаза]; 5) дефицит CYP11 Bl [P450cl 1, 1 ip-гидроксилаза]. Помимо указанных выше, известны и другие наследственные дефекты стероидогенных энзимов, которые, однако, не сопровождаются нарушением синтеза кортизола и гиперплазией коры надпочечников (дефицит CYP11B2, дефицит 5а-редукта- зы и др.).</p><p>Дефицит P450cl 1 является наиболее распространенным после дефицита Р450с21 наследственным дефектом стероидогенеза, составляя 5-8% всех случаев ВДКН [<xref ref-type="bibr" rid="cit8">8</xref>]. Его встречаемость в популяции составляет приблизительно 1:100 000. Наиболее высокая распространенность отмечается в странах Средиземноморья [7|.</p><p>У человека имеется две изоформы 11(3-гидроксилазы, CYP11B1 (Р450с 11, 1 ip-гидроксилаза) и CYP11B2 (Р450с18. P450aldo, или альдостеронсинтаза), отвечающих за биосинтез кортизола и альдостерона соответственно. Р450с 11 - это митохондриальный энзим, участвующий в превращении 11-дезокси- кортикостерона в кортикостерон и 11-дезоксикортизола в кортизол. P450aldo (альдостеронсинтаза) участвует в 18-гидроксилировании и последующем окислении кортикостерона и кортизола в альдостерон и 18-оксикортизол.</p><p>При дефиците P450cl 1 нарушается синтез кортизола, что приводит к стимуляции секреции АКТГ и избыточной продукции предшественников, образующихся выше данного этапа стероидогенеза. Избыток дезоксикортикостерона, обладающего минералокортикоидной активностью, ведет к задержке натрия, повышению артериального давления (АД) и подавлению активности ренин-ангиотензиновой системы. Кроме того, при недостаточности Р450с 11 происходит накопление предшественников андрогенов, что является причиной развития ложного женского гермафродитизма у девочек и преждевременного полового развития надпочечникового генеза у мальчиков.</p><p>Ниже мы приводим два клинических случая данной формы ВДКН, при которых диагноз был подтвержден как по результа-</p><p>Фр. 1 (экзоны 1-2)</p><p>Фр.2 (экзоны 3-5)</p><p>Рис. 1. Схема амплификации фрагментов гена CYPl 1В1 и мутации, выявленные в этом гене у больных с дефицитом 11р-гидроксилазы.</p><p>Фр. - фрагмент; =&gt; - расположение пар праймеров, использованных для ПЦР.</p><p>Фр.З (экзоны 6-9)</p><p>там системного (мультистероидного) исследования стероидов, так и при молекулярно-генетическом исследовании.</p><p>Мультистероидный анализ. Мультистероидный анализ с одновременным определением в плазме крови альдостерона, кортикостерона, 11-дезоксикортикостерона, прогестерона, 17-ОН- прогестерона, 11-дезоксикортизола, кортизола, кортизона, андростендиона и тестостерона с помошыо РИА после экстракции и выделения стероидов с помощью ВЭЖХ с использованием метода, разработанного W. Sippell и соавт. (1978) [<xref ref-type="bibr" rid="cit5">5</xref>]. Мультистероидный анализ проводился в лаборатории отделения детской эндокринологии (зав. - проф. В. Зиппель) детской клиники Университета Христиана Альбрехтса (Киль. Германия).</p><p>Молекулярно-генетические исследования. Геномная ДНК была выделена из периферических лейкоцитов с использованием стандартных методов. С помощью ПЦР были амплифицирова- ны 3 фрагмента гена CYPl I В1: фрагмент 1, включающий экзоны 1 и 2, фрагмент 2 - экзоны 3-5, фрагмент 3 - экзоны 6- 9 (рис. 1). Последовательность олигонуклеотидов, использованных для амплификации, была опубликована ранее в работе Р. White и соавт. |4]. Продукты ПЦР были секвенированы с помощью автоматического секвенатора ABI PRISM Model 310 ("Perkin Elmer", США).</p><p>Приводим клинические наблюдения.</p><p>Больной В., 9 лет. Поступил в детское отделение ЭНЦ РАМН с жалобами на ускорение физического развития и преждевременное половое созревание, объемное образование в левом яичке. Мальчик от близкородственного брака (родители - троюродные брат и сестра; рис. 2), от 3-й беременности, первых родов (1-я беременность закончилась медицинским абортом,</p><p>Рис. 2. Родословная больного В.</p><p>2-я - самопроизвольным выкидышем). Масса тела и рост при рождении не измерялись.</p><p>С рождения отмечено увеличение наружных гениталий, опережение сверстников в физическом развитии. В возрасте 6 лет появилось лобковое оволосение. При обследовании было выявлено: АД 120/60 мл рт. ст., костный возраст (КВ) на 15-16 лет, гипокалиемия (3,2 ммоль/л), натрий 133 ммоль/л. Содержание кетостероидов (КС) в моче 3,7 мг/сут (норма до 0,5 мг/сут). УЗИ надпочечников: незначительное увеличение левого надпочечника. УЗИ яичек: объемное образование придатка левого яичка. Признаки преждевременного полового развития расценены как клиническое проявление гормонпродуцируюшей лейдигомы яичка, и ребенку было проведено оперативное удаление опухоли (гистологически - гормонпродуцирующая лейдигома без признаков озлокачествления). В возрасте 8 лет в связи с прогрессированием полового развития проведено дополнительное обследование: при компьютерной томографии (КТ) надпочечников - гиперплазия обоих надпочечников, опухолевидное образование левого надпочечника. УЗИ яичек: рецидив объемного образования левого яичка.</p><p>При поступлении в детское отделение ЭНЦ РАМН в возрасте 8 лет: рост 147,8 см. Телосложение маскулинное, кожа смуглая с гиперпигментацией сосков, наружных гениталий, в местах кожных складок. На лице и спине множественные acne vulgaris. АД 130-150/105-110 мм рт. ст. Половое развитие: Tanner 4 (P4G4), половой член 8 см, яички в мошонке, объем 10 мл, слева пальпируется дополнительное мягкоэластичное образование.</p><p>КВ на 16-16,5 лет. УЗИ надпочечников: гиперплазия надпочечников, оба неоднородной структуры. УЗИ яичек: размеры на 12-13 лет, в левом яичке на задней поверхности дополнительное образование пониженной эхогенности 1,2-0,8 см. УЗИ почек: патологических изменений не обнаружено.</p><p>Учитывая повышенное АД, двустороннюю гиперплазию надпочечников, повышенное содержание в крови предшественников продуктов 1 ip-гидроксилирования (см. таблицу) диагностировано: ВДКН, дефицит Р450с 11. Назначено лечение декса-</p><p>Мультистсроидный анализ плазмы</p><p>Стероиды (нг/мл)</p><p>Б-ной 1 (В. И.)</p><p>Б-ной 2 (Е. Д.)</p><p>/ - гетерозиготное носительство мутации у лиц женского пола; 2 - гетерозиготное носительство мутации у лиц мужского пола; 3 - наш больной (гомозигота); 4 - члены семьи без мутации в этом гене.</p><p>Альдостерон Кортикостерон</p><p>11-Дезокси кортикостерон</p><p>Прогестерон 17-ОН-прогестерон 11-Дезоксикортизол Кортизол Кортизон Тестостерон Андростендион</p><p>0,42 (0,01-0,3)</p><p>0,68 (0,10-9,4)</p><p>8,37 (0,02-0,46)</p><p>1,8 (0,03-0,34)</p><p>19,7 (0,2-0,8)</p><p>58,0 (0,06-1,7)</p><p>144 (18,6-269,4)</p><p>1,0 (2,6-35,5)</p><p>16,3 (0,4-2)</p><p>84,0 (0,8-8)</p><p>0,02 (0,01-0,3)</p><p>0,29 (0,10-9,4)</p><p>11,1 (0,02-0,46)</p><p>1,77 (0,03-0,34) 5,0 (0,15-1,2)</p><p>47,3 (0,06-1,7)</p><p>&lt; 1 (18,6-269,4)</p><p>1,0 (2,6-35,5)</p><p>Рис. 3. Фрагменты нуклеотидной последовательности экзона 2 у больного В. И. (а) и его отца (б). Делеция одного нуклеотида в кодоне 124 (124delG). Родители оказались гетерозиготными носителями мутации.</p><p>метазоном в дозе 0,5 мг/сут под контролем АД, уровня электролитов в крови.</p><p>Больная Е., 13 лет. С рождения неправильное строение наружных гениталий: пениальная уретра, мошонкообразные половые губы, зарегистрирован в мужском поле. С 4-летнего возраста жалобы на ускоренное физическое развитие, потемнение кожных покровов, появление угревой сыпи на лице, оволосение на лобке, изменение тембра голоса.</p><p>Близкородственный брак родители отрицают, ребенок от</p><p>При поступлении в детское отделение ЭНЦ РАМН в возрасте 4,9 года: рост 127,5 см, кожа смуглая, гиперпигментиро- вана, АД 110/70 мм рт. ст. Половое развитие: Tanner 3 (Bl, РЗ), степень вирилизации наружных гениталий Prader 4 (клитор гипертрофированный до 3 см, пениальная уретра, мошонкообразные половые губы).</p><p>При обследовании: кариотип 46, XX, КВ на 14-14,5 года. Гормоны в моче: 17-КС 21,7 мкмоль/сут, 17-ОКС 51,7 мкмоль/сут. Диагностирована ВДКН, гипертоническая форма. Паспортный пол ребенка изменен на женский, назначено лечение преднизолоном в дозе 0,75 мг/сут, произведена феминизирующая пластика наружных гениталий. Но в связи с тем, что прием глюкокортикоидов был нерегулярным, при повторном обследовании в 13 лет отмечено прогрессирование заболевания: маскулинное телосложение, кожные покровы смуглые, АД 140/80 мм рт. ст. Половое развитие: Tanner ВЗ, Р5, менархе отсутствовали.</p><p>УЗИ надпочечников: оба надпочечника гиперплазированы, неоднородной структуры, без объемных образований. УЗИ малого таза: размеры матки соответствуют возрасту, в яичниках мелкокистозные образования.</p><p>Через 3 нед после регулярного приема дексаметазона в дозе 0,75 мг/сут: АД 130/ 100 мм рт. ст. Тестостерон 0,45 нг/мл, 17- ОН-прогестерона 0,9 нг/мл, калий 4,9 ммоль/л. Были однократно менструало- подобные выделения.</p><p>Результаты мультистероидного анализа плазмы представлены в таблице. В обоих случаях выявлено значительное увеличение 11-дезоксикортикостерона,</p><p>В обоих случаях нами выявлены мутации гена CYPl 1В1.</p><p>В случае 1 проведен анализ ДНК как самого пациента, так и его родителей. У пробанда обнаружена гомозиготная мутация в экзоне 2 - делеция одного нуклеотида в кодоне 124 (l24delG). Данная мутация приводит к сдвигу рамки считывания и формированию стоп-кодона в экзоне 3 (кодон 144), что предопределяет синтез укороченного белка. Родители оказались гетерозиготными носителями мутации (рис. 3). Данная мутация при дефиците Р450с 11 выявлена впервые.</p><p>В случае 2 анализировалась только ДНК пациентки. Выявлена гомозиготная мутация - вставка дополнительного триплета CTG (insCTG464) в экзоне 8 (рис. 4). Такой же молекулярный дефект был обнаружен ранее в семье иранских евреев, и по данным эксперимента in vitro было доказано, что эта мутация приводит к значительному снижению активности P450cl 1 [<xref ref-type="bibr" rid="cit2">2</xref>].</p><p>Ген CYP11B1, кодирующий синтез Р450с 11, располагается на длинном плече хромосомы 8 (8q21-q22) на расстоянии приблизительно в 40 кв от гена CYPl 1В2, кодирующего синтез аль- достеронсинтазы. Эти два функционально активных гена имеют в своем строении 95% гомологии, что обусловливает возможность конверсии между одинаковыми участками этих генов [<xref ref-type="bibr" rid="cit7">7</xref>]. Вероятно, именно с конверсией между CYP11B1 и CYPI1B2 связан обнаруживаемый в гене CYPI1BI полиморфизм [<xref ref-type="bibr" rid="cit3">3</xref>], который, однако, в противоположность аналогичному процессу конверсии между гомологичными функционально активным геном CYP21A и псевдогеном CYP21P не приводит к нарушению синтеза белка [<xref ref-type="bibr" rid="cit1">1</xref>] (как известно, большинство мутаций в CYP21A, обусловленные обменом гомологичных участков с псевдогеном, приводят к снижению функции Р450с21). Ген CYPl 1В1 имеет длину примерно 7 кб и состоит из 9 экзонов [4|. Все найденные к настоящему времени мутации в этом гене находятся только в кодирующем регионе, преимущественно в экзонах 2. 6, 7 и 8 (см. рис. 1). В представленном нами молекулярном исследовании гена CYPl I В1 наших пациентов мы описали уже ранее известную мутацию - вставку триплета CTG в кодоне 464 в экзоне 8, а также выявили новую мутацию в экзоне 2 - делеция одного нуклеотида в кодоне 124 (124delG), которая приводит к формированию стоп-кодона в экзоне 3 и, следовательно, к синтезу неполноценного белка.</p><p>Это первое в нашей стране описание случаев дефицита Р450с 11, подтвержденных по результатам мультистероидного анализа и молекулярно-генетического исследования. Возможно, дальнейшие исследования гена CYPI1B1 позволят выявить новые мутации и особенности их распределения на территории России, что расширит наше понимание молекулярных основ дефицита Р450с1.</p><p>Таким образом, использование мультистероидного анализа и молекулярно-генетических исследований позволяет в настоящее время точно локализовать уровень нарушения стероидогенеза. Идентификация мутации в данном случае является не только дополнительным методом для подтверждения диагноза. но и дает возможность при знании ее функциональной характеристики прогнозировать течение заболевания у каждого больного. Развитие молекулярных исследований при ВДКН позволит также осуществлять пренатальную диагностику при этих наследственных нарушениях стероидогенеза.</p><p>а                                               </p><p>G С Г G С Т G С Т С С Т G С АС 200</p><p>б</p><p>А Т G С Т G С Т G С Т G С Т G С А С</p><p>Рис. 4. Фрагмент нуклеотидной последовательности экзона 8 у больной Е. (а) и в контроле (б).</p></body><back><ref-list><title>References</title><ref id="cit1"><label>1</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Fardella С. Е., Hum D. Ж, Rodriguez Н. et al. // J. Clin. Endocrinol. Metab. - 1996. - Vol. 81. - P. 321-326.</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Fardella С. Е., Hum D. Ж, Rodriguez Н. et al. // J. Clin. Endocrinol. Metab. - 1996. - Vol. 81. - P. 321-326.</mixed-citation></citation-alternatives></ref><ref id="cit2"><label>2</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Geley S„ Kapelari K., Johrer К et al. // Ibid. - P. 2896- 2901.</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Geley S„ Kapelari K., Johrer К et al. // Ibid. - P. 2896- 2901.</mixed-citation></citation-alternatives></ref><ref id="cit3"><label>3</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Merke D. P., Tajima T. et al. // Ibid. - 1998. - Vol. 83. - P. 270-273.</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Merke D. P., Tajima T. et al. // Ibid. - 1998. - Vol. 83. - P. 270-273.</mixed-citation></citation-alternatives></ref><ref id="cit4"><label>4</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Mornet E., Dupont J., Vitek A., White P. C. // J. Biol. Chem. - 1989. - Vol. 264, N 35. - P. 20961-20967.</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Mornet E., Dupont J., Vitek A., White P. C. // J. Biol. Chem. - 1989. - Vol. 264, N 35. - P. 20961-20967.</mixed-citation></citation-alternatives></ref><ref id="cit5"><label>5</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Sippell W. G., Bidlingmaier F., Becker H. et al. // J. Steroid Biochem. - 1978. - Vol. 9. - P. 63-74.</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Sippell W. G., Bidlingmaier F., Becker H. et al. // J. Steroid Biochem. - 1978. - Vol. 9. - P. 63-74.</mixed-citation></citation-alternatives></ref><ref id="cit6"><label>6</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">White P. C. et al. // J. Clin. Invest. - 1991. - Vol. 87. - P. 1664-1667.</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">White P. C. et al. // J. Clin. Invest. - 1991. - Vol. 87. - P. 1664-1667.</mixed-citation></citation-alternatives></ref><ref id="cit7"><label>7</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">White P. C. et al. // Endocr. Rev. - 1994. - Vol. 15. - P. 421-438.</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">White P. C. et al. // Endocr. Rev. - 1994. - Vol. 15. - P. 421-438.</mixed-citation></citation-alternatives></ref><ref id="cit8"><label>8</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Zachmann M. D., Tassinari D., Prader A. // J. Clin. Endocrinol. Metab. - 1983. - Vol. 56. - P. 222-229.</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Zachmann M. D., Tassinari D., Prader A. // J. Clin. Endocrinol. Metab. - 1983. - Vol. 56. - P. 222-229.</mixed-citation></citation-alternatives></ref></ref-list><fn-group><fn fn-type="conflict"><p>The authors declare that there are no conflicts of interest present.</p></fn></fn-group></back></article>
