Все расширяющееся использование синтетических аналогов люлиберина (ЛГ-РГ) в клинике для индукции «медицинской кастрации» (рак предстательной, молочных желез, преждевременное половое созревание, эндометриоз и др.) требует всестороннего изучения влияния препаратов этого ряда на различные звенья эндокринной системы, в том числе на функцию адреналовых желез, в условиях пролонгированной инфузии агонистов ЛГ-РГ. До настоящего времени сведения такого рода отсутствовали. В то же время у больных, перенесших гонадэктомию по поводу рака предстательной железы [11, 17, 18], а также у орхиэктоми- рованных животных [12] наблюдалась активация стероидогенеза в надпочечниках, в том числе отмечалось повышение в периферической крови уровня адреналовых андрогенов, которым отводится важная роль в реактивации опухолевого роста в предстательной железе после орхиэктомии.

В настоящей работе представлены результаты изучения функциональной активности адреналовых желез в условиях продолжительной тонической инфузии агонистов ЛГ-РГ — бузерелина и сурфагона — в эксперименте на самцах павианах гамадрилах, близких человеку по различным аспектам репродуктивной эндокринологии, в том числе по характеру и механизму ингибирующего влияния аналогов ЛГ -РГ на функцию половых желез [8—10].

Материалы и методы

Использовали 16 половозрелых самцов павианов гамадрилов в возрасте 8—12 лет массой тела 18—27 кг, содержащихся в Сухумском приматологическом центре. До начала эксперимента животные адаптировались к условиям содержания в индивидуальных метаболических клетках и процедуре взятия крови. После контрольного периода (3—4 нед) павианам в течение 4—6 или 12—16 нед с помощью осмотических мини-насосов (Alza Corp., Palo Alto, США) вводили раствор бузерелина (Hoechts A. G., ФРГ) или сурфагона (лаборатория синтеза пептидов ВКНЦ РАМН) в дозе 3 мкг на 1 кг массы тела в сутки.

В течение эксперимента у обезьян систематически брали кровь: 1—2 раза в неделю в контрольный период и на фоне инфузии агонистов, 1—2 раза в 2 нед в течение 2—4 мес восстановительного периода. Кровь брали в 10 ч 30 мин — 11 ч 30 мин из локтевой вены с использованием гепарина в качестве антикоагулянта. Плазму хранили при - 2U С до проведения гормонального анализа.

В контрольный период и через 11 нед инфузии сурфагона 3 животным вводили раствор инсулина (внутривенно, 0,2 ЕД на 1 кг массы тела). Кровь брали до инъекции инсулина и через 15 мин, 0,5, 1, 2, 4, 6 и 24 ч после нее.

В плазме определяли уровень следующих стероидов: кортизола (F), кортикостерона (В), альдостерона (Aid), 11- дезоксикортизола (SR), прегненолона (Д5-Р),17-оксипрегнено- лона (17-ОН-Д5-Р), 17-оксипрогестерона (17-ОН-Д'|-Р), дегидроэпиандростерона (ДЭА), дегидроэпиандростерона сульфата (ДЭА-С) и тестостерона (Т). Уровень F определяли методом конкурентного связывания [14], уровень В, Aid, SR и Т — радиоиммунологическим с использованием диагностических систем, разработанных в лаборатории экспериментальной эндокринологии [4—6], уровень Д-Р, 17-ОН-Д5-Р, 17-ОН-Д*-Р, ДЭА — радиоиммунологическими методами с использованием предварительной хроматографии на колонках с целитом [2].

Для оценки характера специфического транспорта кортикостероидов в периферической крови в условиях продолжительного введения агонистов ЛГ-РГ на протяжении эксперимента в плазме обезьян определяли содержание транскор- тина и его сродство к кортизолу. Уровень транскортина оценивали по максимальной кортизолсвязывающей способности плазмы в условиях ее насыщения, как это было описано ранее [7].

Статистическую обработку результатов проводили с использованием корреляционного анализа и метода Стьюдента. Площадь ответа со стороны кортикостероидов на введение инсулина оценивали с привлечением метода интегрирования по формуле площади трапеций [1].

Результаты и их обсуждение

Динамику уровня основных кортикостероидов в плазме периферической крови у обезьян в процессе продолжительного введения агонистов ЛГ-РГ, а также в восстановительный период иллюстрирует рис. 1. Следует отметить, что динамика уровня всех кортикостероидов у животных, которым вводили агонисты в течение 4—6 нед, была аналогичной динамике тех же соединений у обезьян с более продолжительным введением (12—16 нед) препаратов, в связи с чем на рисунках и в таблицах приведены значения кортикостероидов только для павианов, которым вводили агонисты ЛГ-РГ в

Рис. 1. Динамика уровня Т (/), F (2), В (3) и Aid (4) в плазме периферической крови у самцов павианов гамадрилов, подвергнутых пролонгированной инфузии агонистов ЛГ-РГ (М±т).

По оси ординат — концентрация гормонов (в нмо-пь/л): слева — шкала для Т (вверху) и В (внизу), справа —для F (от 0 до 1000) и Aid (от 0 до 10).

По оси абсцисс — продолжительность эксперимента (в нед). Жирная полоса иллюстрирует продолжительность введения агонистов ЛГ-РГ.

3

2

1 - 3

24

/\

J_____ I_____ МЧ-Л**У| I I 1..

0      12^68 10121*1 Г61820

Рис. 2. Динамика уровня 17-ОН-Д5-Р          (/), Д5-Р (2) и

17-ОН-Д4-Р (3) в плазме периферической крови у самцов павианов гамадрилов, подвергнутых пролонгированной инфузии агонистов ЛГ-РГ (М±т).

По оси ординат—концентрация гормонов (в нмоль/л); по осн абсцисс — продолжительность эксперимента (в нед). Заштриховано — продолжительность введения агонистов ЛГ-РГ.

течение 12—16 нед. Как видно на рис. 1, содержание Aid, а также глюкокортикоидных гормонов на протяжении эксперимента существенно не изменялось. Следует лишь отметить некоторое снижение (в среднем на 10—20 %) уровня F приблизительно через 2 мес после начала введения агонистов.

Содержание большинства предшественников в цепи биосинтеза кортикостероидных гормонов (Д5-Р, 17-ОН-А5-Р), так же как и самих гормонов, не претерпевало существенных изменений в течение периода введения препаратов и после их отмены (рис. 2). Следует лишь отметить тенденцию

Рис. 3. Динамика уровня ДЭА (/), ДЭА-С (2) и F (3) в плазме периферической крови у самцов павианов гамадрилов (п=3) в ответ на инъекцию инсулина (0,2 ЕД на 1 кг массы тела) в контрольный период (сплошные кривые) и на фоне «медицинской кастрации», индуцированной пролонгированной (11 нед) инфузией сурфагона (пунктирные кривые; (М±т).

По осн ординат — концентрация гормонов (в нмоль/л): слева — шкала для F и ДЭА-С, справа — для ДЭА; по оси абсцисс — время забора крови: 0 — до введения инсулина, 0,5, I, 2, 4, 6 и 24 ч — время от начала введения инсулина. к снижению уровня SR в условиях гипоандрогене- мии, а также увеличение уровня Д5-Р в 1-ю неделю введения агонистов. Изменение уровня SR при этом коррелировало с динамикой уровня F (г= =0,956), а А5-Р — с изменениями концентрации Т (г=0,98).

Незначительное снижение уровня F и SR при отсутствии изменений в содержании Д5-Р и 17-ОН-А5-Р в процессе продолжительного введения агонистов ЛГ-РГ свидетельствует скорее об адаптации обезьян к систематически повторяющейся процедуре взятия крови и устранении в связи с этим элемента стресс-реакции коры надпочечников, очевидно, присутствующего на начальных этапах эксперимента, нежели об ослаблении функциональной активности адреналовых желез. Увеличение концентрации А5-Р в первые дни после введения агониста, по-видимому, отражает увеличение семенникового вклада в формирование пула As-P периферической крови.

В отличие от других кортикостероидов содержание 17-ОН-А4-Р (см. рис. 2), одного из основных предшественников в цепи биосинтеза всех стероидов гормонов, содержание которого в периферической крови у павианов связывали главным образом с надпочечниковым происхождением [3], в процессе пролонгированного введения агонистов ЛГ-РГ претерпевало выраженные изменения, коррелирующие с изменением уровня семенниковых андрогенов. Резкое увеличение концентрации 17-ОН-А4-Р в 1-ю неделю введения агонистов сменялось в дальнейшем понижением уровня стероида (в 2—2,5 раза по сравнению с базальными значениями), которое сохранялось на протяжении всего последующего периода введения агонистов и 1-й недели после их отмены. Сходная динамика уровня 17-ОН-А4-Р и Т в процессе длительного введения аналогов ЛГ-РГ свидетельствует о существенной роли половых желез в формировании пула 17-ОН-Д4-Р периферической крови у самцов павианов гамадрилов.

Уровень ДЭА и ДЭА-С, характеризующих андрогенную фракцию кортикостероидов, подобно другим кортикостероидам, не претерпевал существенных изменений в процессе продолжительной инфузии агонистов ЛГ-РГ (табл. 1). Однако следует обратить внимание на тенденцию к повышению (в среднем на 20 %) уровня ДЭА-С обезьян приблизительно через 2,5 мес постоянной инфузии агонистов. При этом практически у всех животных не наблюдалось значений ДЭА-С, превышающих индивидуальные колебания концентрации этого гормона в контрольный период, однако вероятность обнаружения значений, соответствующих верхнему пределу нормальных колебаний, была выше.

Процесс специфического транспорта кортикостероидов также практически не изменялся в условиях продолжительного введения агонистов ЛГ-РГ, о чем свидетельствует отсутствие изменений как в максимальной связывающей способности транскортина, так и в константе ассоциации комплекса транскортин — F (табл. 2).

Отсутствие статистически значимого повышения уровня кортикостероидов, а также изменений в характере специфического транспорта адренокортикальных гормонов у обезьян на фоне подавления тестикулярного стероидогенеза, индуциро-

Динамика уровня ДЭА и ДЭА-С в плазме периферической крови у самцов павианов гамадрилов в процессе пролонгированной инфузии агонистов ЛГ-РГ (М+т, л=8)

Концентрация стероидов,

Продолжительность                                               нмоль/л

эксперимента, нед

ванного пролонгированной инфузией агонистов ЛГ-РГ, вряд ли можно рассматривать только как специфическую особенность функционирования коры надпочечников в условиях «медицинской кастрации». В частности, не было обнаружено изменений со стороны адреналовой секреции и некоторыми авторами [14, 16] у лиц, перенесших архиэктомию. А в исследованиях Т. Cowley и соавт. [12] наряду с отсутствием изменений в уровне кортикостероидов через продолжительное время после операции отмечалось повышение концентрации F и адреналовых андрогенов в ранний послеоперационный период. Не исключено, что в работах, в которых наблюдалось повышение адреналовой секреции после орхиэктомии [11, 13, 17, 18], мог присутствовать фактор стресса, в значительной степени модифицирующий характер адреналовой секреции. С другой стороны, выявленную в настоящей работе тенденцию к повышению уровня ДЭА-С через 2,5—3 мес введения агонистов можно рассматривать и как свидетельство индуцирования тонких изменений в характере кортикостероидной функции, которые более выраженный характер могли бы принять через более продолжительный период введения аналогов ЛГ-РГ или в условиях экстремальных состояний.

Стрессорное воздействие на обезьян введением стандартной дозы инсулина (0,2 ЕД на 1 кг массы

Таблица 2

Динамика связывающей способности транскортина и константы ассоциации комплекса транскортин — F у павианов гамадрилов, подвергнутых пролонгированной инфузии агонистов ЛГ-РГ (М+т, п=8)

тела) позволило выявить существенные различия в реакции адреналовых желез в базальных условиях и на фоне продолжительной инфузии агонистов ЛГ-РГ. Как видно на рис. 3, у животных, подвергнутых пролонгированному введению сурфагона, отмечалось более выраженное и продолжительное увеличение уровня F и адреналовых андрогенов в ответ на инъекцию инсулина по сравнению с реакцией на стрессорное воздействие в контрольный период. При этом площадь ответа со стороны F, ДЭА-С и ДЭА за 4-часовой период на фоне «медицинской кастрации» соответственно в 1,9, 1,7 и 1,2 раза превышала аналогичный показатель в базальных условиях. В основе механизма различий в реакции коры надпочечников на острое стрессорное воздействие лежат, очевидно, нарушения в центральном звене регуляции адренокортикальной функции, возможно, на уровне регуляции активности адренорецепторов, которым отводят важную роль в механизме повышения секреции кортиколиберина, АКТГ и соответственно кортикостероидов в условиях инсулининдуци- рованной гипогликемии [19].

Таким образом, анализ полученных данных свидетельствует о том, что продолжительное введение агонистов ЛГ-РГ наряду с угнетением семенникового стероидогенеза не оказывает существенного влияния на гормональную функцию коры надпочечников в отсутствие экстремальных состояний. Однако острое стрессорное воздействие на фоне «медицинской кастрации» индуцирует более выраженную активацию секреции кортикостероидов, в том числе адреналовых андрогенов, что может рассматриваться как неблагоприятный фактор при использовании агонистов ЛГ-РГ для подавления опухолевого процесса в предстательной железе.

Выводы