<?xml version="1.0" encoding="UTF-8"?>
<!DOCTYPE article PUBLIC "-//NLM//DTD JATS (Z39.96) Journal Publishing DTD v1.3 20210610//EN" "JATS-journalpublishing1-3.dtd">
<article article-type="research-article" dtd-version="1.3" xmlns:mml="http://www.w3.org/1998/Math/MathML" xmlns:xlink="http://www.w3.org/1999/xlink" xmlns:xsi="http://www.w3.org/2001/XMLSchema-instance" xml:lang="ru"><front><journal-meta><journal-id journal-id-type="publisher-id">problendo</journal-id><journal-title-group><journal-title xml:lang="ru">Проблемы Эндокринологии</journal-title><trans-title-group xml:lang="en"><trans-title>Problems of Endocrinology</trans-title></trans-title-group></journal-title-group><issn pub-type="ppub">0375-9660</issn><issn pub-type="epub">2308-1430</issn><publisher><publisher-name>Endocrinology Research Centre</publisher-name></publisher></journal-meta><article-meta><article-id pub-id-type="doi">10.14341/probl13644</article-id><article-id custom-type="elpub" pub-id-type="custom">problendo-13644</article-id><article-categories><subj-group subj-group-type="heading"><subject>Research Article</subject></subj-group><subj-group subj-group-type="section-heading" xml:lang="ru"><subject>Репродуктивная эндокринология</subject></subj-group><subj-group subj-group-type="section-heading" xml:lang="en"><subject>Reproductive Endocrinology</subject></subj-group></article-categories><title-group><article-title>Здоровое долголетие  - что может сделать гинеколог?</article-title><trans-title-group xml:lang="en"><trans-title>Healthy longevity of women: what can a gynecologist do?</trans-title></trans-title-group></title-group><contrib-group><contrib contrib-type="author" corresp="yes"><contrib-id contrib-id-type="orcid">https://orcid.org/0000-0001-8425-0020</contrib-id><name-alternatives><name name-style="eastern" xml:lang="ru"><surname>Андреева</surname><given-names>Е. Н.</given-names></name><name name-style="western" xml:lang="en"><surname>Andreeva</surname><given-names>E. N.</given-names></name></name-alternatives><bio xml:lang="ru"><p>Андреева Елена Николаевна, д.м.н., профессор </p><p>Москва</p></bio><bio xml:lang="en"><p>Elena N. Andreeva, MD, PhD, professor</p><p>Moscow</p></bio><email xlink:type="simple">endogin@mail.ru</email><xref ref-type="aff" rid="aff-1"/></contrib><contrib contrib-type="author" corresp="yes"><contrib-id contrib-id-type="orcid">https://orcid.org/0000-0001-7177-0254</contrib-id><name-alternatives><name name-style="eastern" xml:lang="ru"><surname>Шереметьева</surname><given-names>Е. В.</given-names></name><name name-style="western" xml:lang="en"><surname>Sheremetyeva</surname><given-names>E. V.</given-names></name></name-alternatives><bio xml:lang="ru"><p>Шереметьева Екатерина Викторовна, к.м.н. </p><p>117036, г. Москва, ул. Дмитрия Ульянова, д. 11 </p></bio><bio xml:lang="en"><p>Ekaterina V. Sheremetyeva, MD, PhD</p><p>11 Dm. Ulyanova street, 117036 Moscow</p></bio><email xlink:type="simple">s1981k@yandex.ru</email><xref ref-type="aff" rid="aff-2"/></contrib><contrib contrib-type="author" corresp="yes"><contrib-id contrib-id-type="orcid">https://orcid.org/0000-0003-4979-7420</contrib-id><name-alternatives><name name-style="eastern" xml:lang="ru"><surname>Григорян</surname><given-names>О. Р.</given-names></name><name name-style="western" xml:lang="en"><surname>Grigoryan</surname><given-names>O. R.</given-names></name></name-alternatives><bio xml:lang="ru"><p>Григорян Ольга Рафаэльевна, д.м.н., профессор </p><p>Москва</p></bio><bio xml:lang="en"><p>Olga R. Grigoryan, MD, PhD, professor</p><p>Moscow</p></bio><email xlink:type="simple">iceberg1995@mail.ru</email><xref ref-type="aff" rid="aff-2"/></contrib></contrib-group><aff-alternatives id="aff-1"><aff xml:lang="ru">Национальный медицинский исследовательский центр эндокринологии им. академика И.И. Дедова;&#13;
Российский университет медицины<country>Россия</country></aff><aff xml:lang="en">I.I. Dedov Endocrinology Research Centre;&#13;
Russian University of Medicine<country>Russian Federation</country></aff></aff-alternatives><aff-alternatives id="aff-2"><aff xml:lang="ru">Национальный медицинский исследовательский центр эндокринологии им. академика И.И. Дедова<country>Россия</country></aff><aff xml:lang="en">I.I. Dedov Endocrinology Research Centre<country>Russian Federation</country></aff></aff-alternatives><pub-date pub-type="collection"><year>2025</year></pub-date><pub-date pub-type="epub"><day>14</day><month>09</month><year>2025</year></pub-date><volume>71</volume><issue>4</issue><fpage>95</fpage><lpage>102</lpage><permissions><copyright-statement>Copyright &amp;#x00A9; Андреева Е.Н., Шереметьева Е.В., Григорян О.Р., 2025</copyright-statement><copyright-year>2025</copyright-year><copyright-holder xml:lang="ru">Андреева Е.Н., Шереметьева Е.В., Григорян О.Р.</copyright-holder><copyright-holder xml:lang="en">Andreeva E.N., Sheremetyeva E.V., Grigoryan O.R.</copyright-holder><license license-type="creative-commons-attribution" xlink:href="https://creativecommons.org/licenses/by/4.0/" xlink:type="simple"><license-p>This work is licensed under a Creative Commons Attribution 4.0 License.</license-p></license></permissions><self-uri xlink:href="https://www.probl-endojournals.ru/jour/article/view/13644">https://www.probl-endojournals.ru/jour/article/view/13644</self-uri><abstract><p>Более трети своей жизни женщина проводит в состоянии дефицита женских половых гормонов. По данным ВОЗ, в большинстве стран мира продолжительность жизни женщин после 50 лет колеблется от 27 до 32 лет. С каждым годом возрастает число женщин, вступающих в период менопаузы. В 1990 г. 467 млн находились в периоде постменопаузы, к 2030 г. их количество достигнет 1,2 млрд. Менопауза, не являясь собственно заболеванием, приводит к нарушению эндокринного равновесия в организме, вызывая не только «классические» проблемы в жизни (вазомоторную симптоматику, нарушения психологического здоровья, урогенитальные расстройства, остеопороз, сердечно-сосудистые заболевания), но и меняет внешний вид женщин — дерматологический статус пациентки страшней возрастной группы. В статье представлены современные данные о рациональной менопаузальной гормональной терапии (МГТ). Особое внимание уделено вопросам эффективности, переносимости и безопасности комбинированной МГТ, содержащей эстроген и гестаген, на основании результатов актуальных исследований и в соответствии с позицией национальных и международных клинических рекомендаций. На примере клинического случая продемонстрирована тактика ведения женщины в менопаузе.</p></abstract><trans-abstract xml:lang="en"><p>A woman spends more than a third of her life in a state of deficiency of female sex hormones. According to WHO, in most countries of the world the life expectancy of women after 50 years fluctuates between 27 and 32 years. Every year the number of women entering the menopause period increases. In 1990, 467 million were in the postmenopause period, by 2030 the number will reach 1.2 billion. Menopause, not being a disease itself, leads to a violation of the endocrine balance in the body, causing not only «classic» problems in life (vasomotor symptoms, psychological health disorders, urogenital disorders, osteoporosis, cardiovascular diseases), but also changes the appearance of women — the dermatological status of the patient is worse than the age group. The article presents modern data on rational MHT. Particular attention is paid to the issues of efficacy, tolerability and safety of combined MHT containing estrogen and gestagen, based on the results of current studies and in accordance with the position of national and international clinical guidelines. A clinical case is used to demonstrate the tactics of managing a woman in menopause.</p></trans-abstract><kwd-group xml:lang="ru"><kwd>менопауза</kwd><kwd>менопаузальная гормональная терапия</kwd><kwd>дидрогестерон</kwd><kwd>эстрадиол</kwd><kwd>саркопения</kwd><kwd>миома матки</kwd></kwd-group><kwd-group xml:lang="en"><kwd>menopause</kwd><kwd>menopausal hormone therapy</kwd><kwd>dydrogesterone</kwd><kwd>estradiol</kwd><kwd>sarcopenia</kwd><kwd>uterine fibroids</kwd></kwd-group><funding-group xml:lang="ru"><funding-statement>Работа выполнена с привлечением материалов клинических исследований по биоэквивалентности компании ООО «Фармасинтез-Тюмень»</funding-statement></funding-group></article-meta></front><body><sec><title>АКТУАЛЬНОСТЬ</title><p>В настоящее время медицинская общественность проявляет все больший интерес к актуальному междисциплинарному направлению — anti-age-медицине (медицине «антистарения»), целью которой является индивидуализация выявления инволюционных изменений организма и комплексный междисциплинарный подход при их коррекции. Современная демографическая ситуация характеризуется увеличением продолжительности жизни, а следовательно, и ростом популяции пожилых людей. В России количество женщин пери- и постменопаузального возраста составляет более 21 млн. Согласно мировым статистическим данным, средний возраст наступления менопаузы во всем мире составляет 48,8 года, с колебаниями этого показателя в зависимости от географического региона проживания женщин, в РФ он колеблется от 49 до 51 года. К 2030 г., по демографическим прогнозам, более 1,2 млрд вступят в период менопаузы [<xref ref-type="bibr" rid="cit3">3</xref>][<xref ref-type="bibr" rid="cit4">4</xref>]. Приверженность к терапии как важный аспект применения МГТ и индивидуальный подход стали приоритетными направлениями при выборе тактики лечения климактерических расстройств. Неотъемлемой частью данной концепции являются: определение лекарственной формы препаратов МГТ, подбор минимальной эффективной дозировки, использование режима терапии с учетом возраста, стадии репродуктивного старения (STRAW +10) и потребности пациентки [<xref ref-type="bibr" rid="cit5">5</xref>].</p></sec><sec><title>ОПИСАНИЕ СЛУЧАЯ</title><p>Пациентка Л. (1958 г.р.) обратилась в отделение эндокринной гинекологии ГНЦ РФ «ФГБУ НМИЦ эндокринологии» МЗ РФ впервые в декабре 2003 г. в возрасте 45 лет с жалобами на обильные менструации в течение последнего года. По данным УЗИ органов малого таза, было выявлено образование правого яичника (фолликулярная киста правого яичника), которое периодически пациентка наблюдала с 2001 г. Проводилась неоднократно терапия препаратом дидрогестерон (20 мг в сутки) во II фазу цикла с регулярной менструало-подобной реакцией. В марте 2003 г. проведено РДВ по поводу полипа цервикального канала, по данным гистологического заключения — фиброзно-железистый полип. По данным УЗИ органов малого таза, в октябре 2003 г. аденомиоз, множественная миома матки небольших размеров, рецидив образования правого яичника (фолликулярная киста) 4 см в диаметре. Был повторно рекомендован курс приема дидрогестерона по 1 таблетке 2 раза в день по II фазе менструального цикла, менструалоподобная реакция регулярная. Далее в течение трех лет пациентка ежегодно проводила плановые гинекологические обследования, патологии выявлено не было. В 2006 г. в возрасте 47 лет женщина вновь обратилась в отделение эндокринной гинекологии с жалобами на нарушения менструального цикла по типу задержек до 50 дней в течение последнего года, усиление потливости и чувства жара днем даже без физической нагрузки, которое еще более усиливается на фоне «задержек» менструации; прибавку массы тела за последний год на 5 кг (в н.м. вес 70 кг) на фоне неизменного питания и образа жизни, а также перепады настроения. У пациентки 3 беременности, двое родов (естественные роды, вес детей 3,2 и 3,5 кг, гестационный сахарный диабет отрицает, грудное вскармливание до 1 года), одно искусственное прерывание беременности, половая жизнь регулярная, метод предохранения — барьерный. Из сопутствующих заболеваний следует отметить эпизодическое повышение АД не более 140 мм рт.ст. на фоне стрессовых ситуаций, которое участилось в последний год. Наследственный анамнез отягощен по сахарному диабету 2 типа (СД2) по материнской линии. ИМТ — 25,2 кг/м², ОТ — 89 см, АД на правой руке — 118/78 мм рт.ст., на левой руке — 121/80 мм рт.ст., ЧСС — 76 уд/мин. По данным гинекологического осмотра наружные половые органы развиты правильно, оволосение по женскому типу, шейка матки при осмотре в гинекологических зеркалах — без особенностей, матка увеличена до 6 недель условной беременности, неоднородная, бугристая, подвижная, пальпация безболезненная, придатки не пальпируются, область пальпации безболезненная. Выделения из половых путей слизистые, без запаха.</p></sec><sec><title>Данные лабораторных и инструментальных методов исследования</title><p>По данным маммографии выявлена доброкачественная дисплазия молочных желез, BIRADS 2, по результатам УЗИ малого таза — эхографические признаки аденомиоза, множественные узлы субсерозного расположения, max 2,5 см в диаметре, протокол УЗИ органов брюшной полости и почек показал диффузные изменения печени по типу жирового гепатоза, диффузные изменения поджелудочной железы (липоматоз), по данным ЭКГ и УЗИ щитовидной железы значимых изменений не выявлено. Биохимический анализ крови: общий белок — 71 г/л, АЛТ — 25 Ед/л (норма до 33), АСТ — 18 ЕД/л (норма до 32), ГГТ — 25 Ед/д (до 42), креатинин — 78 мкмоль/л, мочевина — 4,7 ммоль/л, мочевая кислота — 340 ммкмоль/л (150–350), общий холестерин — 5,9 ммоль/л, ЛПНП — 3,39 ммоль/л, ЛПВП — 1,1 ммоль/л, ТГ — 2,1 ммоль/л, 25-ОН-D — 43 нг/мл (пациентка ежедневно принимает 2000 МЕ колекальциферола), гормональный анализ крови: ТТГ — 1,2 мЕд/мл, ФСГ — 34 Ед/л, при повторном измерении — 17 Ед/л, ЛГ — 15 Ед/л, эстрадиол — 121 пмоль/л, пролактин — 125 мЕд/мл. Мазок на жидкостную онкоцитологию — NILM. Коагулограмма — нормокоагуляция. Клинический диагноз пациентки 47 лет, обратившейся в отделение эндокринной гинекологии: «Климактерический синдром. Период менопаузального перехода. Аденомиоз (по данным УЗИ). Миома матки с субсерозным расположением узла. Дислипидемия. Неалкогольная жировая болезнь печени. Избыточная масса тела (ИМТ — 25,2 кг/м²)». Пациентка отказалась от приема МГТ, опасаясь возможных побочных реакцией, поэтому ей было рекомендовано: негормональная коррекция вазомоторной симптоматики (чувства жара и потливость), согласно клиническим рекомендациям «Менопауза и климактерическое состояние» и международным протоколам [<xref ref-type="bibr" rid="cit5">5</xref>][<xref ref-type="bibr" rid="cit10">10</xref>], дидрогестерон 10 мг 1 таблетка 2 раза в день после еды с 16-го по 25-й дни менструального цикла — 6 месяцев, а также консультация диетолога и психолога/психотерапевта в НМИЦ эндокринологии, через 6 месяцев явка на консультацию для оценки клинического эффекта (в плане — инициация МГТ).</p><p>Через 6 месяцев на повторной консультации пациентка отметила, что на фоне приема дидрогестерона нет регулярной менструалоподобной реакции (МПР) или она очень скудная темно-коричневыми выделениями, прибавка массы тела продолжается, еще +4 кг за 6 мес (не обратилась на консультацию к диетологу и психоневрологу: «думала, справлюсь сама»), постоянную потливость, ночные поты 3–4 раза за ночь, тревожный, прерывистый сон, выраженные отеки утром. После очередной разъяснительной беседы пациентка согласилась принимать эстрадиол/дидрогестерон (1 мг/10 мг) по 1 таблетке 1 раз в день в одно и то же время суток без перерыва, пачка за пачкой, на последних таблетках 3-й пачки провести УЗИ малого таза, а также обратиться на консультацию диетолога и психолога/психотерапевта в НМИЦ эндокринологии с явкой на консультацию для оценки клинического эффекта и с результатами УЗИ малого таза через 3 мес.</p><p>В течение 4 лет пациентка ежегодно динамически наблюдалась в НМИЦ эндокринологии, продолжала принимать МГТ — эстрадиол/дидрогестерон 1/10. В последний год отметила отсутствие регулярной МПР реакции.</p><p>В 52 года на ежегодной плановой консультации пациентка переведена на эстрадиол/дидрогестерон 1/5 и продолжила ежегодное наблюдение.</p><p>В январе 2025 г. пациентка Л., 67 лет, отметила отсутствие жалоб и желание пройти ежегодное обследование на фоне приема МГТ (эстрадиол/дидрогестерон 0,5/2,5).</p><p>Менопаузальная гормональная терапия (МГТ) является частью единой стратегии поддержания качества жизни и здоровья женщин в пери- и ранней менопаузе. Согласно клиническим рекомендациям МЗ РФ в настоящее время в России зарегистрированы следующие комбинации эстрогенов и гестагенов для терапии климактерических расстройств у женщин с интактной маткой: комбинации для циклического приема: эстрадиол валерат 2 мг + левоноргестрел 0,15 мг; эстрадиол 2 мг или 1 мг + дидрогестерон 10 мг; эстрадиола валерат 2 мг + ципротерон ацетат 2 мг; комбинации для непрерывного приема: эстрадиол 1 мг или 0,5 мг + дидрогестерон 5 мг или 2,5 мг соответственно; эстрадиол 1 мг или 0,5 мг + дроспиренон 2 мг или 0,25 мг соответственно.</p></sec><sec><title>ОБСУЖДЕНИЕ</title><p>Согласно данным мировой статистики, ярко прослеживающимися демографическими тенденциями в настоящее время являются увеличение продолжительности жизни и общее старение населения [<xref ref-type="bibr" rid="cit2">2</xref>]. Эти изменения ведут ко все большему увеличению доли женщин, находящихся в периоде постменопаузы, у 85% из которых менопауза сопровождается развитием патологических состояний, таких как вазомоторные симптомы, психоэмоциональные нарушения и урогенитальные расстройства. В этот период также возможно возникновение долгосрочных рисков для здоровья: переломов шейки бедра вследствие остеопороза, развития сердечно-сосудистых заболеваний, сахарного диабета и т. д. [<xref ref-type="bibr" rid="cit2">2</xref>][<xref ref-type="bibr" rid="cit6">6</xref>]. Общепризнано, что менопаузальная гормональная терапия (МГТ) — наиболее эффективный и патогенетически обоснованный метод коррекции климактерических расстройств, являющийся основой поддержания здоровья женщин в пери- и постменопаузе наряду с обязательным соблюдением здорового образа жизни [<xref ref-type="bibr" rid="cit5">5</xref>][<xref ref-type="bibr" rid="cit10">10</xref>][<xref ref-type="bibr" rid="cit11">11</xref>]. В научных исследованиях показано, что МГТ может предотвратить вазомоторные симптомы в 75% случаев, снизить риски перелома шейки бедра на 30%, случаи развития сахарного диабета — на 30%; сердечно-сосудистую смертность — на 12–54%, а также дополнительно может снизить общую смертность на 31% у женщин в возрасте 50–59 лет [<xref ref-type="bibr" rid="cit2">2</xref>][<xref ref-type="bibr" rid="cit12">12</xref>]. В настоящее время применение МГТ в Российской Федерации (РФ) в доле от числа женщин в возрасте от 45 до 69 лет составляет 1,3%, что в 2,5 раза ниже, чем в странах Европейского Союза, и примерно в 5 раз ниже реальной потребности населения РФ. Экономический эффект, посчитанный через количество предотвращенных дней нетрудоспособности и сохраненных жизней, составляет 9,1 млрд руб. в год. Если МГТ в РФ будет принимать хотя бы такая же доля женщин, как и в развитых странах, медико-демографический и экономический эффекты возрастут в 2,5 раза по сравнению с настоящим уровнем и составят до 15,4 млрд руб. [<xref ref-type="bibr" rid="cit2">2</xref>][<xref ref-type="bibr" rid="cit6">6</xref>].</p><p>Для женщин, не нуждающихся в контрацепции, в перименопаузе рекомендовано стартовать с циклической низкодозированной терапии: например, 1 мг эстрадиола/10 мг дидрогестерона. Эффект лечения оценивают индивидуально через 1–2 месяца, и в случае сохранения симптомов возможно перейти на стандартную дозу комбинированного препарата, содержащего 2 мг эстрадиола. После старта и применения циклической комбинированной МГТ женщинам может потребоваться переход на непрерывную комбинированную МГТ в следующих ситуациях: через 1–2 года приема низкодозированной МГТ в циклическом режиме при возрасте женщины на момент начала терапии старше 50 лет; по достижении пациенткой среднего возраста менопаузы (51–52 года), при начале использования МГТ до 50 лет; при изменении характера менструалоподобной реакции: скудные мажущие выделения/полное отсутствие в течение 2 последовательных циклов.</p><p>Женщинам в постменопаузе (≥12 месяцев после последней менструации) рекомендуется использовать комбинированную МГТ в монофазном режиме и стартовать с низкодозированного препарата, содержащего в качестве эстрогенного компонента 1 мг эстрадиола (например, эстрадиол 1 мг/дидрогестерон 5 мг). На фоне МГТ проводятся ежегодное обследование пациентки и оценка польза/риск продолжения лечения.</p><p>Через 3–5 лет приема низкодозированной комбинированной МГТ в монофазном режиме возможен переход на ультранизкодозированный препарат (например, эстрадиол 0,5 мг/дидрогестерон 2,5 мг) [<xref ref-type="bibr" rid="cit7">7</xref>][<xref ref-type="bibr" rid="cit8">8</xref>].</p><p>С целью регистрации воспроизведенных препаратов проводятся клинические исследования их биоэквивалетности или терапевтической эквивалентности референтному (как правило, оригинальному) препарату [<xref ref-type="bibr" rid="cit9">9</xref>].</p><p>Было проведено открытое рандомизированное перекрестное двухпериодное исследование биоэквивалентности препаратов PZT-02/2023 (Дидрогестерон) (ООО «Фармасинтез-Тюмень», Россия) и препарата сравнения (Дюфастон®, таблетки, покрытые пленочной оболочкой, 10 мг (Эбботт Биолоджикалз Б.В., Нидерланды/АО «ВЕРОФАРМ», Россия)) у здоровых субъектов женского пола в постменопаузе после однократного приема каждого из препаратов натощак. На основании полученных данных было показано, что исследуемые препараты характеризуются высокой степенью сходства показателей фармакокинетики.</p><p>Индивидуальные и усредненные профили фармакокинетических кривых дидрогестерона тестируемого и референтного препаратов имеют совпадающие формы. Препараты характеризуются близкими значениями относительной биодоступности и максимальной концентрации дидрогестерона. 90%-ные доверительные интервалы для отношений средних геометрических значений AUC0-t и Cmax дидрогестерона тестируемого и референтного препаратов в исходных единицах полностью соответствуют допустимым пределам 80,00–125,00% (рис. 1).</p><fig id="fig-1"><caption><p>Рисунок 1. Усредненные (среднее арифметическое) фармакокинетические профили концентрации дидрогестерона в плазме крови субъектов после однократного приема тестируемого и референтного препаратов в линейных координатах.</p></caption><graphic xlink:href="problendo-71-4-g001.jpeg"><uri content-type="original_file">https://cdn.elpub.ru/assets/journals/problendo/2025/4/kpB8OX9NsQrBcKzP2QEfRsOckCihkx7lMIZ3VRpA.jpeg</uri></graphic></fig><p>Таким образом, по результатам клинического исследования биоэквивалетности был сделан вывод, что воспроизведенный препарат PZT-02/2023 (дидрогестерон), таблетки, покрытые пленочной оболочкой 10 мг (ООО «Фармасинтез-Тюмень», Россия), и референтный препарат Дюфастон®, таблетки, покрытые пленочной оболочкой 10 мг (Эбботт Хелскеа Продактс Б.В., Нидерланды), являются биоэквивалентными. В ходе данного клинического исследования не было зарегистрировано нежелательных явлений (НЯ) и сделан вывод о сопоставимом профиле безопасности исследуемых препаратов, который можно охарактеризовать как хороший.</p><p>Было проведено открытое рандомизированное перекрестное двухпериодное исследование биоэквивалентности препаратов PZT-03/2023 (дидрогестерон + эстрадиол), таблетки, покрытые пленочной оболочкой 2,5 мг + 0,5 мг (ООО «Фармасинтез-Тюмень», Россия), и Фемостон® мини, таблетки, покрытые пленочной оболочкой 2,5 мг + 0,5 мг (Эбботт Хелскеа Продактс Б.В., Нидерланды), у здоровых субъектов женского пола в постменопаузе после однократного приема каждого из препаратов натощак. По результатам данного исследования был сделан вывод, что препараты PZT-03/2023 (Дидрогестерон + Эстрадиол), таблетки, покрытые пленочной оболочкой 2,5 мг + 0,5 мг (ООО «Фармасинтез-Тюмень», Россия), и Фемостон® мини, таблетки, покрытые пленочной оболочкой 2,5 мг + 0,5 мг (Эбботт Хелскеа Продактс Б.В., Нидерланды) являются биоэквивалентными (рис. 2 и рис. 3). Исследование также показало, что препараты обладают схожим профилем безопасности.</p><fig id="fig-2"><caption><p>Рисунок 2. Усредненные (среднее арифметическое) фармакокинетические профили концентрации дидрогестерона в плазме крови субъектов после однократного приема тестируемого и референтного препаратов в линейных координатах.</p></caption><graphic xlink:href="problendo-71-4-g002.jpeg"><uri content-type="original_file">https://cdn.elpub.ru/assets/journals/problendo/2025/4/J33LYZ3OaaPLhXm2Rd8lzbRrxjXrAJEZJaxJnp1a.jpeg</uri></graphic></fig><fig id="fig-3"><caption><p>Рисунок 3. Усредненные (среднее арифметическое) фармакокинетические профили концентрации эстрадиола в плазме крови субъектов после однократного приема тестируемого и референтного препаратов в линейных координатах.</p></caption><graphic xlink:href="problendo-71-4-g003.jpeg"><uri content-type="original_file">https://cdn.elpub.ru/assets/journals/problendo/2025/4/z62dqiLo8US0zmV9G0dH30DzTxjZg6J07JeQRJd3.jpeg</uri></graphic></fig><p>Было проведено открытое рандомизированное перекрестное двухпериодное исследование биоэквивалентности препаратов PZT-04/2023 (Дидрогестерон + Эстрадиол), таблетки, покрытые пленочной оболочкой 5 мг + 1 мг (ООО «Фармасинтез-Тюмень», Россия), и Фемостон® конти, таблетки, покрытые пленочной оболочкой 5 мг + 1 мг (Эбботт Хелскеа Продактс Б.В., Нидерланды), у здоровых субъектов женского пола в постменопаузе после однократного приема каждого из препаратов натощак. По результатам данного исследования был сделан вывод: препараты PZT-04/2023 (Дидрогестерон+Эстрадиол), таблетки, покрытые пленочной оболочкой 5 мг + 1 мг (ООО «Фармасинтез-Тюмень», Россия), таблетки, покрытые пленочной оболочкой 10 мг (ООО «Фармасинтез-Тюмень», Россия), и Фемостон® конти, таблетки, покрытые пленочной оболочкой 5 мг + 1 мг (Эбботт Хелскеа Продактс Б.В., Нидерланды), являются биоэквивалентными (рис. 4 и рис. 5). Исследование также показало, что препараты обладают схожим профилем безопасности.</p><fig id="fig-4"><caption><p>Рисунок 4. Усредненные (среднее арифметическое) фармакокинетические профили концентрации дидрогестерона в плазме крови субъектов после однократного приема тестируемого и референтного препаратов в линейных координатах.</p></caption><graphic xlink:href="problendo-71-4-g004.jpeg"><uri content-type="original_file">https://cdn.elpub.ru/assets/journals/problendo/2025/4/oPEY7aVNf5x9hH0gLtn4cfO7EZzIrMJJA5qcczoo.jpeg</uri></graphic></fig><fig id="fig-5"><caption><p>Рисунок 5. Усредненные (среднее арифметическое) фармакокинетические профили концентрации эстрадиола в плазме крови субъектов после однократного приема тестируемого и референтного препаратов в линейных координатах.</p></caption><graphic xlink:href="problendo-71-4-g005.jpeg"><uri content-type="original_file">https://cdn.elpub.ru/assets/journals/problendo/2025/4/yxM2enN6ba218btwX9u8EY4CGxGgoWii6Zr7wv6I.jpeg</uri></graphic></fig><p>Было проведено открытое рандомизированное перекрестное четырехпериодное исследование биоэквивалентности препаратов PZT-22/2023 (Дидрогестерон+Эстрадиол и Эстрадиол [набор]) (ООО «Фармасинтез-Тюмень», Россия) и препарата сравнения у здоровых субъектов женского пола в постменопаузе после однократного приема каждого из препаратов натощак. По результатам данного исследования был сделан вывод, что препараты PZT-22/2023 (Дидрогестерон + Эстрадиол и Эстрадиол [набор]), набор таблеток, покрытых пленочной оболочкой, 10 мг + 2 мг и 2 мг (ООО «Фармасинтез-Тюмень», Россия), и Фемостон® 2, набор таблеток, покрытых пленочной оболочкой, 10 мг + 2 мг и 2 мг (Эбботт Хелскеа Продактс Б.В., Нидерланды), являются биоэквивалентными (рис. 6 и рис. 7), а также обладают схожим профилем безопасности.</p><fig id="fig-6"><caption><p>Рисунок 6. Усредненные (среднее арифметическое) фармакокинетические профили концентрации дидрогестерона в плазме крови субъектов после однократного приема тестируемого и референтного препаратов в линейных координатах в 1 и 2 периоде.</p></caption><graphic xlink:href="problendo-71-4-g006.jpeg"><uri content-type="original_file">https://cdn.elpub.ru/assets/journals/problendo/2025/4/E50udysv3xHSc14ygVjlraS2veeyivKlolP6J6iG.jpeg</uri></graphic></fig><fig id="fig-7"><caption><p>Рисунок 7. Усредненные (среднее арифметическое) фармакокинетические профили концентрации эстрадиола в плазме крови субъектов после однократного приема тестируемого и референтного препаратов в линейных координатах в 1 и 2 периодах.</p></caption><graphic xlink:href="problendo-71-4-g007.jpeg"><uri content-type="original_file">https://cdn.elpub.ru/assets/journals/problendo/2025/4/uKD3hXblrwrrQjVzbJbYZ9oZw6cmZ3lepgZfENYb.jpeg</uri></graphic></fig><p>Все упомянутые выше исследования были проведены в соответствии с Протоколом клинического исследования и соответствующими требованиями российского законодательства, и международными правилами проведения клинических исследований (ICH GCP). По результатам исследования можно сделать вывод о схожем профиле безопасности исследуемых препаратов. Согласно заключению по безопасности, переносимость препаратов была хорошей.</p></sec><sec><title>ЗАКЛЮЧЕНИЕ</title><p>Своевременная и индивидуально подобранная по показаниям менопаузальная гормональная терапия (МГТ) является ключевым методом поддержания здоровья и качества жизни женщин, а также профилактики заболеваний, ассоциированных с менопаузой. У соматически здоровых женщин польза применения МГТ перевешивает возможные риски, но ситуация усложняется и требует особого внимания специалистов у коморбидных пациенток. При этом новым ожиданием человечества на сегодняшний день является активная старость. МГТ должна подбираться с учетом выраженности симптомов менопаузы, наличия сопутствующих заболеваний, переносимости препаратов и других персональных особенностей пациентки; также важно учитывать доступность в стране назначаемых лекарственных средств для длительного применения. Правильный алгоритм действий врача во многом будет обеспечивать эффективность проводимого лечения, безопасность, а также приверженность женщины к назначаемой терапии.</p><p>Среди препаратов, предназначенных для коррекции менопаузальных симптомов, комбинация эстрадиол/дидрогестерон соответствует всем критериям МГТ, согласно данным Клинических рекомендаций МЗ РФ «Менопауза и климактерическое состояние», а также международных обществ по менопаузе (IMS, EMAS, NICE). Линейка различных дозировок и режимов комбинации эстрадиол/дидрогестерон позволяет максимально персонализировать терапию климактерических расстройств и обеспечивает возможность ведения пациентки на протяжении всего периода — от пери- до постменопаузы, не меняя гестаген.</p></sec><sec><title>ДОПОЛНИТЕЛЬНАЯ ИНФОРМАЦИЯ</title><p>Источники финансирования. Работа выполнена с привлечением материалов клинических исследований по биоэквивалентности компании ООО «Фармасинтез-Тюмень».</p><p>Конфликт интересов. Авторы декларируют отсутствие явных и потенциальных конфликтов интересов, связанных с содержанием настоящей статьи.</p><p>Участие авторов. Все авторы одобрили финальную версию статьи перед публикацией, выразили согласие нести ответственность за все аспекты работы, подразумевающую надлежащее изучение и решение вопросов, связанных с точностью или добросовестностью любой части работы.</p></sec></body><back><ref-list><ref id="cit1"><element-citation><name><surname>Andreeva</surname> <given-names>E.N.</given-names> </name> <name><surname>Sheremetyeva</surname> <given-names>E.V.</given-names> </name> <name><surname>Grigoryan</surname> <given-names>O.R.</given-names> </name> <name><surname>Altaeva</surname> <given-names>A.A.</given-names> </name> <article-title>The effect of menopausal hormone therapy on the dermatological status of postmenopausal women or an interdisciplinary approach in anti-age protocols for the integrated management of postmenopausal women</article-title> <source>Russian Journal of Human Reproduction</source> <year>2023</year> <month>05</month> <fpage>70</fpage> <volume>29</volume> <issue>2</issue> <object-id pub-id-type="doi" specific-use="metadata">10.17116/repro20232902170</object-id></element-citation></ref><ref id="cit2"><mixed-citation publication-type="commun" publication-format="web"><article-title>World report on ageing and health.</article-title> <source>WHO Library Cataloguing-in-Publication Data</source> <year>2016</year></mixed-citation></ref><ref id="cit3"><element-citation><name><surname>Tapilskaya</surname> <given-names>Tapilskaya N.I.</given-names> </name> <name><surname>Bespalova</surname> <given-names>Bespalova O.N.</given-names> </name> <name><surname>Kogan</surname> <given-names>Kogan I.Yu.</given-names> </name>   <article-title>Rationale for the choice of menopausal hormone therapy if treatment switching is needed in the context of a personalized approach</article-title> <source>Akusherstvo i ginekologiia</source> <year>2022</year> <month>11</month> <fpage>178</fpage> <lpage>184</lpage> <volume>10_2022</volume> <object-id pub-id-type="doi" specific-use="metadata">10.18565/aig.2022.10.178-184</object-id></element-citation></ref><ref id="cit4"><mixed-citation publication-type="commun" publication-format="web"><name><surname>Ulumbekova</surname> <given-names>G.E.</given-names></name>, <name><surname>Khudova</surname> <given-names>I.Yu.</given-names></name> <article-title>Otsenka demograficheskogo, sotsial'nogo i ekonomicheskogo effekta pri prieme menopauzal'noi gormonal'noi terapii. ORGZDRAV: novosti, mneniya, obuchenie.</article-title> // <source>Vestnik VShOUZ.</source> — <year>2020</year>. — T. <volume>6</volume>. — №<month>4</month>. — S. <fpage>23</fpage>-<lpage>53</lpage> doi: https://dx.doi.org/<object-id pub-id-type="doi" specific-use="metadata">10.24411/2411-8621-2020-14002</object-id>.</mixed-citation></ref><ref id="cit5"><mixed-citation publication-type="commun" publication-format="web"><article-title>Klinicheskie rekomendatsii (proekt) «Menopauza i klimaktericheskoe sostoyanie»</article-title>, Moskva, <year>2024</year></mixed-citation></ref><ref id="cit6"><element-citation><article-title>Algorithms for menopausal hormone therapy during the period of peri- and postmenopause. Joint position statement of RSOG RAM, AGE, RAOP experts</article-title> <source>Akusherstvo i ginekologiia</source> <year>2021</year> <month>04</month> <fpage>210</fpage> <lpage>221</lpage> <volume>3_2021</volume> <object-id pub-id-type="doi" specific-use="metadata">10.18565/aig.2021.3.210-221</object-id></element-citation></ref><ref id="cit7"><mixed-citation publication-type="commun" publication-format="web"><name><surname>Yureneva</surname> <given-names>S.V.</given-names></name>, <name><surname>Dubrovina</surname> <given-names>A.V.</given-names></name> <article-title>Preimushchestva rannego/svoevremennogo starta menopauzal'noi gormonal'noi terapii s pozitsii teorii euestrogenemii.</article-title> // <source>Rossiiskii vestnik akushera-ginekologa.</source> — <year>2018</year>. — T. <volume>18</volume>. — №<month>5</month>. — S. <fpage>49</fpage>-<lpage>55</lpage></mixed-citation></ref><ref id="cit8"><mixed-citation publication-type="commun" publication-format="web"><article-title>NICE guideline Menopause: diagnosis and management</article-title> (NG23, published Nov 2015). Available at: nice.org.uk/guidance/NG23. Accessed 20 Jan <year>2021</year></mixed-citation></ref><ref id="cit9"><mixed-citation publication-type="commun" publication-format="web"><article-title>Pravila provedeniya issledovanii bioekvivalentnosti lekarstvennykh preparatov v ramkakh Evraziiskogo ekonomicheskogo soyuza</article-title> (Reshenie Soveta Evraziiskoi ekonomicheskoi komissii ot 3 noyabrya <year>2016</year> g. № 85)</mixed-citation></ref><ref id="cit10"><element-citation><article-title>The 2023 nonhormone therapy position statement of The North American Menopause Society</article-title> <source>Menopause</source> <year>2023</year> <month>05</month> <fpage>573</fpage> <lpage>590</lpage> <volume>30</volume> <issue>6</issue> <object-id pub-id-type="doi" specific-use="metadata">10.1097/gme.0000000000002200</object-id></element-citation></ref><ref id="cit11"><element-citation><name><surname>Cameron</surname> <given-names>Courtney R.</given-names> </name> <name><surname>Cohen</surname> <given-names>Stacey</given-names> </name> <name><surname>Sewell</surname> <given-names>Keri</given-names> </name> <name><surname>Lee</surname> <given-names>Meissane</given-names> </name> <article-title>The Art of Hormone Replacement Therapy (HRT) in Menopause Management</article-title> <source>Journal of Pharmacy Practice</source> <year>2023</year> <month>04</month> <fpage>736</fpage> <lpage>740</lpage> <volume>37</volume> <issue>3</issue> <object-id pub-id-type="doi" specific-use="metadata">10.1177/08971900231167925</object-id></element-citation></ref><ref id="cit12"><element-citation><name><surname>Yang</surname> <given-names>Jane L.</given-names> </name> <name><surname>Hodara</surname> <given-names>Emmanuelle</given-names> </name> <name><surname>Sriprasert</surname> <given-names>Intira</given-names> </name> <name><surname>Shoupe</surname> <given-names>Donna</given-names> </name> <name><surname>Stanczyk</surname> <given-names>Frank Z.</given-names> </name> <article-title>Estrogen deficiency in the menopause and the role of hormone therapy: integrating the findings of basic science research with clinical trials</article-title> <source>Menopause</source> <year>2024</year> <month>07</month> <fpage>926</fpage> <lpage>939</lpage> <volume>31</volume> <issue>10</issue> <object-id pub-id-type="doi" specific-use="metadata">10.1097/gme.0000000000002407</object-id></element-citation></ref></ref-list><fn-group><fn fn-type="conflict"><p>The authors declare that there are no conflicts of interest present.</p></fn></fn-group></back></article>
