Preview

Возможности комплексного УЗИ в дифференциальной диагностике и ведении больных с узловыми образованиями щитовидной железы

https://doi.org/10.14341/probl200955449-54

Полный текст:

Аннотация

В обзоре представлены возможности ультразвукового исследования (УЗИ) с применением допплеровских методик в дифференциальной диагностике и ведении больных с узловыми образованиями щитовидной железы (ЩЖ). Проблема зоба не теряет своей актуальности в настоящее время. Пальпируемые узловые образования ЩЖ обнаруживаются у 4-7% населения всего земного шара [3, 6, 25], а выявляемость узловой патологии при лучевых методах обследования составляет от 20 до 50% [4, 6]. Комплексное УЗИ увеличивает получаемый объем информации и ее клиническую значимость при узловом зобе. Изучение кровообращения в ЩЖ и узловых образованиях включает режимы двухмерной серошкальной эхографии, цветового допплеровского кодирования и спектрального допплеровского анализа. Современное допплеровское исследование с цветовым допплеровским кодированием позволило унифицировать оценку распределения цветовых картограмм потоков в сосудах узловых образований. Спектральное допплеровское исследование при узловых образованиях может подтвердить усиление кровотока в ткани узла в сравнении с таковым в неизмененной паренхиме (увеличение линейных скоростей кровотока в интранодулярных и(или) перинодулярных артериях в сравнении с таковыми в артериях окружающей ткани). Внедрение комплексного УЗИ с использованием допплеровских методик в ранние сроки после операций на ЩЖ позволяет получить объективную информацию о состоянии зоны операции и оценить течение раневого процесса в ней, диагностировать ранние послеоперационные осложнения, определить адекватность проведенного хирургического вмешательства [1, 3, 7].

Для цитирования:


Ульянова А.Е., Ярченкова Л.Л. Возможности комплексного УЗИ в дифференциальной диагностике и ведении больных с узловыми образованиями щитовидной железы. Проблемы Эндокринологии. 2009;55(4):49-54. https://doi.org/10.14341/probl200955449-54

For citation:


Ul'yanova A.E., Yarchenkova L.L. Capacities of complex ultrasonography in the differential diagnosis and management of thyroid nodular masses. Problems of Endocrinology. 2009;55(4):49-54. (In Russ.) https://doi.org/10.14341/probl200955449-54

Эпидемиология и социальная значимость заболеваний щитовидной железы

Проблема зоба не теряет своей актуальности в настоящее время. По данным ВОЗ, около 2 млрд человек на Земле живут в условиях йодного дефицита. По оценкам Эндокринологического научного центра (ЭНЦ РАМН), недостаточное потребление йода создает серьезную угрозу здоровью 100 млн россиян, ведет к снижению интеллектуального, образовательного и профессионального потенциала населения. Дефицит йода отражается и на уровне экономического и политического развития стран и приводит к научному и технологическому отставанию целых наций [2, 4, 5, 13, 17, 26].

Исследования, проведенные в последние десятилетия, показали, что в Российской Федерации не существует территорий, на которых население не подвергалось бы риску развития йоддефицитных заболеваний. Во всех обследованных к настоящему времени регионах страны, от центральных областей до Сахалина, имеется дефицит йода. Высокая частота зоба обнаружена во многих регионах Западной и Восточной Сибири (Тюменская область, Красноярский край, Республика Саха (Якутия), Тыва, Бурятия). Частота зоба в этих регионах варьирует от 25 до 40%, в Республике Тыва — от 64 до 80% [4—6, 14, 15]. Следует отметить, что ряд областей Российской Федерации (Брянская, Тульская, Калужская и Орловская), пострадавших при аварии на Чернобыльской АЭС, являются эндемичными по зобу [16]. В России зобом страдает почти каждый 5-й человек [4, 14, 15].

В настоящее время пальпируемые узловые образования ЩЖ обнаруживаются у 4—7% населения всего земного шара [3, 6, 25], а выявляемость узловой патологии при лучевых методах обследования составляет от 20 до 50% [4,6]. Потенциально злокачественными являются 4—6% патологических очагов как при одиночных узлах, так и при многоузловом поражении ЩЖ [10]. Так, в Северо-Западном регионе РФ узлы в ЩЖ выявляются у каждой 5-й женщины. При этом лишь 4% узлов размером более 1 см имеют злокачественный характер [4, 7, 13, 16]. Среди населения, проживающего на загрязненных радионуклидами территориях, заболеваемость раком ЩЖ достигает 14 на 100 тыс., тогда как в целом по России данный показатель составляет 3,7 на 100 тыс. [4, 14, 15]. Среди всех злокачественных новообразований ЩЖ папиллярный рак составляет около 76%, фолликулярный — около 14%, медуллярный — около 5—6%, недифференцированный и анапластический — около 3,5—4%. Значительно реже встречаются саркома, лимфома, фибросаркома, эпидермоидный рак, метастатический рак, на долю которых приходится 1—2% [1, 12, 16, 18, 23]. Длительное бессимптомное течение рака ЩЖ приводит к тому, что многие больные поступают в медицинские учреждения на поздних стадиях заболевания, когда проведение радикального лечения сопряжено с большим количеством осложнений, а в ряде случаев и вовсе невозможно. Для выявления рака ЩЖ приходится проводить дифференциальную диагностику с другими заболеваниями, при которых образуются узлы ЩЖ (узловой зоб, аденомы, тиреоидит и др.). Ряд авторов отмечают, что в ЩЖ одновременно могут определяться рак, аденомы, кисты и аутоиммунный тиреоидит. Рак сочетается с многоузловым зобом в 29,9% случаев, с солитарной аденомой в 25,3%, с диффузным токсическим зобом в 6,7%, с аутоиммунным тиреоидитом в 8,8% [14, 16, 20]. Залогом успешного лечения узловых заболеваний ЩЖ считаются их своевременная диагностика и морфологическая верификация, раннее распознавание узлов опухолевой природы, что особенно трудно при непальпируемых образованиях, а также при многоузловой и сочетанной патологии [11, 25].

Объективная информация о характере и распространенности патологических образований ЩЖ предопределяет дальнейшую тактику ведения больных, включая дифференцированный подход к выбору метода лечения, уточнению показаний к хирургическому вмешательству, определению рационального и адекватного объема предполагаемых операций, оптимального послеоперационного лечения [3, 4].

Клинические особенности узловых образований ЩЖ

Узловые образования ЩЖ являются актуальной клинической проблемой [4, 7, 11]. В соответствии с Клиническими рекомендациями Российской ассоциации эндокринологов, узел ЩЖ — это ограниченное изменение участка паренхимы железы, которое выявляется пальпа- торно и(или) при УЗИ. Это собирательное клиническое понятие, которое не является морфологическим определением. Под термином ’’узел" в клинической практике подразумевают образование в ЩЖ любого размера, имеющее капсулу, определяемое пальпаторно либо с помощью любого визуализирующего исследования [1, 4, 7, 17]. Однако образования, выявленные при пальпации, могут не соответствовать данным, полученным при УЗИ. Непальпируемые узловые образования, регистрируемые при УЗИ или других высокочувствительных методах визуализации, называют инциденталомами (от англ, incidental — внезапный, случайный) [7]. Таким образом, узлы ЩЖ — проявление различных видов патологии этого органа. Они могут присутствовать в неизмененной ЩЖ или на фоне диффузного зоба, а также при аутоиммунных заболеваниях, могут быть одиночными или множественными.

При осуществлении диагностического поиска у лиц с узловыми образованиями ЩЖ необходимо выяснить следующие данные: заболевания ЩЖ у родственников; заболевания шеи и их лечение в анамнезе; увеличение размеров шеи, охриплость, дисфония, дисфагия, одышка; расположение, плотность и размер узлового образования; болезненность или боль в области шеи; шейная лимфаденопатия; симптомы гипертиреоза или гипотиреоза [2, 5, 6, 15]. Как следует из рекомендаций Американской ассоциации клинических эндокринологов по диагностике и лечению узлового зоба (American Association of Clinical Endocrinologists and Association Medici Endocrinology Medical Guidelines for Clinical Practice for the diagnosis and management of thyroid nodules), большинство узловых образований являются бессимптомными, при этом отсутствие симптомов не исключает их злокачественности. Риск наличия рака одинаков при солитарном узловом образовании и многоузловом зобе. В целом специальное обследование требуется только при выявлении узловых образований диаметром более 1 см, поскольку они могут оказаться клинически значимым раком [9, 10, 23]. Основными направлениями диагностики и дальнейшего наблюдения пациентов с узловым зобом являются исключение злокачественной опухоли ЩЖ, а также диагностика функциональной автономии ЩЖ, компрессионного синдрома.

Возможности комплексного УЗИ с использованием допплеровских методик в диагностике узловой патологии ЩЖ

Ультразвуковое сканирование ЩЖ успешно используют как в медицинских учреждениях общего профиля, так и в специализированных медицинских центрах. Достоинства метода (неинвазивность, безопасность, точность и специфичность) не вызывают сомнений [1, 7, 17]. Наличие разных режимов сканирования (серошкальная эхография, допплерография, их различные модификации и сочетания) существенно увеличивают получаемый объем информации и ее клиническую значимость. В связи с этим одной из основных задач исследователя является максимально полное использование возможностей метода, в том числе допплеровского исследования (цветового допплеровского кодирования — ЦДК, спектрального допплеровского анализа). Высокочастотное дуплексное сканирование с ЦДК и спектральным допплеровским анализом открыло возможность не только для качественной, но и для количественной оценки характеристик внутрипросветных потоков как в относительно крупных магистральных стволах, так и в мелких паренхиматозных сосудах. Последнее позволило осуществить многочисленные исследования, направленные на изучение органного кровотока в ЩЖ в норме и при различных патологических изменениях [1, 7, 21, 24].

Оценка кровотока в ЩЖ проводится по интенсивности и равномерности распределения цветовых картограмм в паренхиме, степени и характеру васкуляризации паренхимы, типам сосудистого рисунка, значениям линейных скоростных характеристик потоков и индексов периферического сопротивления и т. д. В этих случаях речь идет не о перфузии ткани ЩЖ, а о параметрах, которые ее отражают в той или иной степени [7].

Истинную перфузию ткани ЩЖ возможно исследовать радиоизотопными методами, однако при этом имеются сложности, связанные с выбором радиофармпрепаратов, которые могут быть использованы для ее оценки. Роль компьютерной и магнитно-резонансной томографии в изучении кровоснабжения ткани ЩЖ обсуждается [8, 12].

Учитывая ряд общеизвестных для косвенных критериев ограничений, характер и интенсивность кровоснабжения ЩЖ теоретически могут быть положены в основу различных дифференциально-диагностических признаков [1,7, 23]. Разработка и внедрение оценочных методик, направленных на изучение кровотока в ЩЖ, поддающихся стандартизации и пригодных для сравнения, — одно из основных направлений совершенствования эхографии.

Изучение кровообращения в ЩЖ и узловых образованиях включает режимы двухмерной серошкальной эхографии, ЦДК и спектрального допплеровского анализа. Исследование предпочтительнее проводить муль- тичастотными либо широкополосными электронными датчиками линейного формата с частотой 7—17 МГц (оптимальная центральная частота в большинстве случаев — 8—10 МГц). Цветовое допплеровское исследование проводится: в норме — для определения расположения сосудов с целью установки метки контрольного объема и коррекции допплеровского угла; при патологии — для оценки характера распределения цветовых картограмм потоков, их конфигурации, плотности и интенсивности. Спектральное допплеровское исследование используют для измерения и расчета допплеровских характеристик кровотока [7, 13].

Существует ряд важных особенностей в системе кровоснабжения ЩЖ, которые необходимо учитывать при исследовании кровотока с использованием ультразвукового сканирования. Во-первых, это многочисленность сосудистых стволов, приносящих к органу артериальную кровь и отводящих венозную, богатая сеть анастомозов, как между питающими артериями, так и между отводящими венами, а также наличие связей с внеорганными сосудами. Во-вторых, присутствие венозного сплетения ЩЖ и анатомическая вариабельность отхождения и ветвления артерий и вен. В-третьих, наличие участков паренхимы со смежным (осуществляющимся из нескольких источников) кровоснабжением [1, 5, 7, 17, 22]. Перечисленные особенности обеспечивают крайне высокий и относительно постоянный уровень кровотока в ткани железы. При этом развитие ишемического повреждения и(или) других значимых гемодинамических расстройств, связанных с сосудистыми причинами, маловероятно [7, 17].

Кровоток в щитовидных артериях зависит от уровня системного артериального давления, величины сердечного выброса, гемореологии и других экстратиреоидных факторов, влияющих на региональную гемодинамику, а также от состояния дистального (микроциркуляторного) русла ЩЖ [7, 13, 17]. Кровоток в верхних щитовидных артериях определяется также гемодинамическими характеристиками общей и наружной сонных артерий, которые активно участвуют в ауторегуляции мозгового кровообращения, что сопряжено со значительными колебаниями кровотока в их просветах в момент реализации регуляторных вазомоций и напрямую отражается на кровообращении в бассейне верхних щитовидных артерий. Последнее особенно актуально в условиях повышенного (сниженного) артериального давления, анемии, гипоксии и стеноокклюзирующих поражений брахицефальных сосудов (не исключая и тех случаев, когда атеросклеротические бляшки, обычно локализующиеся в области бифуркации общей сонной артерии, распространяются в просвет устья наружной сонной артерии, где берет начало верхняя щитовидная артерия) [2, 5, 7].

В 2002—2003 гг. впервые была предложена и апробирована методика расчета объемного артериального притока к ЩЖ по четырем основным артериям [7]. Определение объемных характеристик кровотока имеет свои достоинства и недостатки. К последним относится возможная неточность результирующих показателей за счет ошибок измерения диаметра, а также объема долей. Тем не менее, объемные показатели оказываются значительно более важными при определении показателей кровообращения в ткани ЩЖ, как в норме, так и при различных видах патологии. Прежде всего это относится к ситуациям, предусматривающим динамический мониторинг, когда сравнительные характеристики контролируются у одного того же пациента [7, 9]. Определение объемной скорости кровотока может оказаться полезным для сравнения притока при одностороннем поражении (нодулярные образования одной из долей) ЩЖ как один из способов косвенной оценки истинных циркуляторных изменений (в сравнении с неизмененной долей). Возможно, данная методика найдет место при контроле эффективности хирургической или заместительной терапии [3, 7, 8].

В случаях пальпируемых узловых образований ультразвуковое сканирование проводят всем пациентам со следующими целями: помощь в диагностике сопутствующих заболеваний (например, тиреоидита Хашимото), обнаружение непальпируемых узлов; регистрация возможных сонографических признаков злокачественности и выбор узлов для дальнейшей тонкоигольной аспирационной биопсии (ТАБ); осуществление контроля за направлением и глубиной проникновения иглы при ТАБ; проведение объективных измерений объема и определения других характеристик поражения для дальнейшего динамического наблюдения или контроля эффективности консервативной терапии. Для непальпируемых узлов ЩЖ (размером менее 10—15 мм) ультразвуковое сканирование является единственным высокоинформативным методом диагностики [7, 16, 17, 22]. При ультразвуковом сканировании оценивают: расположение узлового образования (образований) в ЩЖ, размеры, эхогенность (ан- , гипо-, изо-, гиперэхогенное, неоднородной эхогенности с преобладанием), присутствие жидкостного компонента и его доля по отношению к общему объему узла, контуры узла (четкость, ровность), наличие периферического хало, внутренних кальцинатов (микро-, макро- кальцинаты), а также сосудистый рисунок и другие допплеровские характеристики васкуляризации узла.

Современное допплеровское исследование с ЦДК позволило унифицировать оценку распределения цветовых картограмм потоков в сосудах узловых образований и принять следующую градацию [1,7, 19, 22]:

  • вариант 1 — кровоток в узловом образовании не лоцируется (при ЦДК цветовые картограммы потока отсутствуют как внутри узлового образования, так и на его периферии);
  • вариант 2 — картируются исключительно (или преимущественно) потоки в перинодулярных сосудах;
  • вариант 3 — картируются исключительно (или преимущественно) потоки в интранодулярных сосудах;
  • вариант 4 — картируются потоки как в интранодулярных, так и перинодулярных сосудах.

Из приведенных вариантов, называемых также типами цветового допплеровского рисунка, в практическом плане важно выделение случаев с активным внутриузло- вым кровотоком [7]. Наличие 1-го варианта васкуляризации позволяет исключить злокачественный характер узлового образования и предположить узловой коллоидный зоб. При наличии 2-го варианта васкуляризации в узловом образовании наиболее вероятный патоморфоло- гический диагноз узловой коллоидный зоб. А при 3-м и 4-м варианте васкуляризации практически с равной долей вероятности можно предположить наличие фолликулярной аденомы, рака или узлового коллоидного зоба (см. рисунок).

Другим, более тонким методом является определение качественных характеристик сосудистого рисунка: конфигурацию (хаотичность расположения, извитости, не- прямолинейности) и равномерность диаметров цветовых картограмм потоков внутриузловых сосудов, отражающих гетерогенность строения неоваскулярных сетей при опухолях [2, 7]. Спектральное допплеровское исследование при узловых образованиях может подтвердить усиление кровотока в ткани узла в сравнении с таковым в неизмененной паренхиме (увеличение линейных скоростей кровотока в интранодулярных и(или) перинодулярных артериях по сравнению с таковыми в артериях окружающей ткани). Чем больше узел, тем больший объем крови к нему притекает и тем выше вероятность регистрации повышенного кровотока в одном (или нескольких) кровоснабжающих его сосудах [1, 7, 22]. Согласно рекомендации Американской ассоциации клинических эндокринологов по диагностике и лечению узлового зоба, наибольшую диагностическую ценность для определения риска злокачественности узлов ЩЖ имеют мик- рокальцинаты в структуре узла, неровный контур, отсутствие периферического хало и хаотичное расположение цветовых картограмм внутриузловых сосудов, которые в сочетании с гипоэхогенностью с высокой долей вероятности позволяют подозревать рак ЩЖ. Другие признаки (солидность структуры и неправильная форма) также важны для выявления возможной злокачественности. Спектральное допплеровское исследование в большинстве случаев подтверждает данные, полученные в режиме ЦДК: при наличии признаков активизации внутриузло- вого кровотока в узлах злокачественной природы отмечаются повышение пиковой систолической скорости (26—60 см/с и более) и усредненных скоростей потоков; неизменность либо умеренное снижение диастолической скорости кровотока и увеличение индексов периферического сопротивления (значимыми границами последнего можно считать RI 0,75—0,8 и выше, Р1 1,3—1,45 и выше) [1, 7, 19, 24, 25]. Допплеровские характеристики при этом сравниваются с таковыми в сосудах неизмененной ткани ЩЖ. Учитывая сложности при цитологической диагностике аденом ЩЖ, УЗ семиотике этих объемных образований всегда уделяется особое внимание. По данным А. Ф. Цыб и В. С. Паршина, в большинстве случаев аденома имеет вид четко очерченного гипоэхогенного образования однородной структуры с перинодулярным гипоэхогенным ободком, а по данным зарубежных авторов, аденомы имеют различную эхогенность с наличием по периферии гипоэхогенного ободка "хало”. Фолликулярная аденома — ЩЖ может быть гиперваскулярной и иметь активный внутриузловой кровоток, ободок хало, однородную структуру, участки кистозной дегенерации. Коллоидные узлы в большинстве случаев представляют собой образования округлой или овальной формы с четкими контурами, различной эхогенности с перинодулярным гипоэхогенным ободком хало. Размеры узлов могут варьировать от нескольких миллиметров до нескольких сантиметров. Коллоидные узлы в значительно меньшей степени васкуляризированы, допплеровские показатели незначительно отличаются от таковых в окружающих тканях. Превалирует сосудистый рисунок, при котором преобладает перинодулярный кровоток, либо не кодируется никаких потоков [1, 7]. Термин "киста щитовидной железы" используют для обозначения объемных образований, развивающихся в результате воспалительных изменений в тиреоидной паренхиме или дисэмбриогенеза. Кисты подразделяют на простые и сложные. Сложные кисты визуализируются как жидкостьсодержащие образования с гиперэхогенными включениями и тканевым компонентом. Общими признаками простых кист являются четкие ровные контуры и анэхогенность. Кисты могут быть аваскулярны либо иметь перинодулярный кровоток [7].

Совершенно очевидно, что регистрация внутрипросветных потоков в органных сосудах ЩЖ и определение количественных параметров кровотока являются важнейшим аспектом комплексного УЗИ. В то же время необходимо помнить о том, что высокоточная верификация диагноза возможна только после осуществления морфологического исследования (в том числе материала ТАБ).

Значение комплексного УЗИ с использованием допплеровских методик в послеоперационном ведении больных

Диагноз узловой зоб правомочен в том случае, если при УЗИ четко определяются соответствующие признаки узла, т. е. образование определенной эхогенности и структуры, имеющее капсулу [1,5]. Точность оценки ультразвуковых признаков напрямую зависит от квалификации врача, выполняющего исследование, и разрешающей способности ультразвукового аппарата [1, 2, 5]. Учитывая, что максимальный размер нормального фолликула ЩЖ может составлять 300 мкм, трактовать образование диаметром 1—2 мм как “узел” зачастую невозможно, и тем более не следует назначать таким пациентам лечение препаратами тиреоидных гормонов. В том случае, когда очаг измененной эхогенности малых размеров в ткани ЩЖ не имеет четкой капсулы, его расценивают как "фокальное изменение" ткани ЩЖ. Показаниями к оперативному лечению узловых образований и опухолей ЩЖ являются: рак ЩЖ и подозрение на рак при узловом зобе; фолликулярная опухоль ЩЖ (причина — невозможность дифференцировать фолликулярную аденому от высокодифференцированной фолликулярной аденокарциномы при цитологическом исследовании) [3, 8]. Оперативное лечение в плановом порядке показано больным с многоузловым токсическим зобом, фолликулярными опухолями ЩЖ, с загрудинным узловым зобом [3, 8, 9, 17]. Несмотря на совершенствующуюся дооперационную диагностику, высокую хирургическую активность и поиск оптимальных способов оперативных вмешательств, случаи запоздалого, нерадикального и неадекватного хирургического лечения узловых заболеваний ЩЖ нередки. Не снижается частота послеоперационных осложнений, составляющая 6—12%, и рецидивов заболеваний — 15—20% [3, 8]. Большинство проведенных исследований отражают преимущественно отдаленные результаты хирургического лечения узловой патологии и посвящены диагностике рецидивов и прогрессирования патологического процесса [3, 4, 8]. Внедрение комплексного УЗИ с использованием допплеровских методик в ранние сроки после операций на ЩЖ позволяет получить объективную информацию о состоянии зоны операции и оценить течение раневого процесса в ней; диагностировать ранние послеоперационные осложнения; определять адекватность проведенного хирургического вмешательства [1, 3, 7]. Для этого целесообразно выполнять УЗИ на 4—7-й день после операции. При этом необходимо изучать структуру мягких тканей в зоне операционного доступа, состояние ложа удаленных и резецированных долей и состояние тиреоидного остатка, ультразвуковое изображение которых зависит от объема вмешательства, технических особенностей операции и способов обработки культи железы. На 1—3-й день после операции зона резекции выглядит как гипоэхогенная полоса неправильной формы с нечеткими неровными границами, повторяющая контуры линии резекции в продольном и поперечном направлении [1, 3, 8]. В режимах ЦДК кровеносные сосуды в зоне резекции в эти сроки не кодируются. На 3—6-й день после операции ультразвуковая картина "первых признаков васкуляризации" в зоне резекции представлена в виде единичных мелких сосудов на границе зоны резекции и неизмененной паренхимы тиреоидного остатка. Признаки "частичного восстановления васкуляризации" зоны резекции определяются при УЗИ на 10— 12-й день. На цветовых картограммах при этом увеличивается количество и протяженность визуализируемых сосудов на границе неизмененной ткани ЩЖ и зоны резекции, которые врастают в зону резекции из паренхимы тиреоидного остатка. Ультразвуковая картина "полного восстановления васкуляризации" зоны резекции характеризуется сетью мелких кровеносных сосудов, распространяющихся в зону резекции из неизмененной паренхимы и повторяющих сосудистый рисунок тиреоидного остатка, наблюдается на 20—25-й день после операции [11, 16, 17]. Артериальный приток к резецированной ЩЖ в ранние сроки характеризуется увеличением линейных и объемных скоростных параметров кровотока в щитовидных артериях и показателей удельного кровотока в паренхиме как резецированной, так и интактной доли. В дальнейшем происходит постепенное снижение этих показателей [11, 16].

Выявленные изменения ультразвуковой картины ложа железы и тиреоидного остатка в раннем послеоперационном периоде сопоставимы с происходящими в них морфологическими изменениями и могут использоваться для оценки течения раневого процесса.

Заключение

Для повышения информативности УЗИ при диагностике и дифференциальной диагностике узловых образований ЩЖ традиционное серошкальное УЗИ следует дополнять ЦДК и спектральным допплеровским анализом, которое позволяет оценить сосудистый рисунок паренхимы и выявленных в ней узлов. Проведение УЗИ с использованием допплеровских методик с первых дней после хирургических вмешательств на ЩЖ позволяет получить объективную информацию о состоянии зоны операции, оценить раневой процесс в ней, выявить ранние осложнения и определить адекватность выполненной операции. Таким образом, применение допплеровских методик в диагностике узловых образований ЩЖ необходимо для дальнейшего изучения диагностического потенциала комплексного УЗИ ЩЖ.

Список литературы

1. Абдулхалимова М. М., Митьков В. В., Бондаренко В. О. // Ультразвук. диагн. - 1999. - № 1. - С. 74-78.

2. Васильченко И. Г., Шимановская Л. С., Сахно Ю. Ф. // Ультразвук. и функц. диагн. - 2002. - № 3. - С. 26-32.

3. Ветшев П. С., Ипполитов Л. И., Коваленко Е. И. // Хирургия. - 2002. - № 1. - С. 62-67.

4. Дедов И. И., Трошина Е. А., Александрова Г. Ф. Диагностика, лечение и профилактика узловых форм заболеваний щитовидной железы. - М., 1999.

5. Заболотская Н. В. // Клиническое руководство по ультразвуковой диагностике / Под ред. В. В. Митькова, М. В. Медведева. - М., 1996. - Т. 2. - С. 371-395.

6. Йоддефицитные заболевания в России / Герасимов Г. А., Фадеев Р. В., Свириденко Н. Ю. и др. - М., 2002.

7. Лелюк В. Г., Лелюк С. Э. Некоторые методологические аспекты комплексного ультразвукового исследования щитовидной железы: Метод. пособие. - М., 2007.

8. Мельниченко Г. А. // Рос. мед. журн. - 2002. - Т. 10, № 17. - С. 751-772.

9. Паршин В. С., Терентьев Р. О., Цыб А. Ф. // Рос. онкол. журн. - 1998. - № 4. - С. 35-38.

10. Паршин В. С., Ямашита С., Цыб А. Ф. Рак щитовидной железы. Ультразвуковая диагностика. Клинический атлас. - Обнинск, 2002.

11. Попович О. М. Значение допплеровских методик в дооперационной диагностике и послеоперационном ведении больных с узловыми образованиями щитовидной железы: Автореф. дис. ... канд. мед. наук. - М., 2006. - С. 21.

12. Соколов А. В., Мейстер Я. В. // Клинико-инструментальная диагностика в хирургии. - М., 1996. - С. 203-205.

13. Стручкова Т. Я., Ветшев П. С., Габаидзе Д. И., Банный Д. А. // Ультразвук. и функц. диагн. - 2002. - № 2. - С. 291.

14. Трапезников Н. Н., Аксель Е. М., Бармина Н. М. Заболеваемость и смертность от злокачественных новообразований населения стран СНГ в 1996 г. - М., 1997. - С. 5-7.

15. Трапезников Н. Н. // Кремлев. мед. - 1999. - № 1. - С. 7-10.

16. Щетинин В. В., Абалмасов В. Г., Ионова Е. А., Тамбовцева Н. М. // Мед. визуализация. - 2006. - № 3. - С. 21.

17. Щетинин В. В., Абалмасова В. Г., Ионова Е. А., Тамбовцева Н. М. // Материалы 1-го съезда врачей ультразвуковой диагностики Уральского федерального округа, посвящ. актуальным проблемам ультразвуковой диагностики в медицине. - Екатеринбург, 2006. - С. 76.

18. Appetecchia M., Solivetti F. // Horm. Res. - 2006. - Vol. 66, N 5. - P. 249-256.

19. Bartolotta T., Midiri M., Runza G. et al. // Radiol. Med. (Torino). - 2006. - Vol. 111, N 7. - P. 989-998.

20. Baskin H. // Thyroid Ultrasound and Ultrasound-Guided FNA Biopsy / Ed. H. Baskin. - Boston, 2000. - P. 71-86.

21. Bruneton J., Balu-Maestro C., Geoffray A. et al. // J. Ultrasound Med. - 1996. - Vol. 9. - P. 81.

22. Cerbone G., Spiezia S., Colao A. et al. // Horm. Res. - 1999. - Vol. 52, N 1. - P. 19-24.

23. Chan B. K., Desser T. S., McDougall I. R. et al. // J. Ultrasound Med. - 2003. - Vol. 22. - P. 1083-1090.

24. Giammanco M., Di Gesu G., Massenti M. F. et al. // Minerva Endocrinol. - 2002. - Vol. 27, N 1. - P. 1-10.

25. Gorges R., Eising E. G., Fotescu D. et al. // Eur. J. Ultrasound. - 2003. - Vol. 16, N 3. - P. 191-206.

26. Hegedus L. // Clin. Endocrinol. - 1998. - Vol. 48. - P. 9-10.


Об авторах

Анастасия Евгеньевна Ульянова

ГОУ ВПО Ивановская государственная медицинская академия Росздрава


Россия

врач ультразвуковой диагностики 2-й категории, соискатель кафедры; Телефон: 8(48439) 42002



Лариса Леонидовна Ярченкова

ГОУ ВПО Ивановская государственная медицинская академия Росздрава


Россия

доктор мед. наук, профессор кафедры



Для цитирования:


Ульянова А.Е., Ярченкова Л.Л. Возможности комплексного УЗИ в дифференциальной диагностике и ведении больных с узловыми образованиями щитовидной железы. Проблемы Эндокринологии. 2009;55(4):49-54. https://doi.org/10.14341/probl200955449-54

For citation:


Ul'yanova A.E., Yarchenkova L.L. Capacities of complex ultrasonography in the differential diagnosis and management of thyroid nodular masses. Problems of Endocrinology. 2009;55(4):49-54. (In Russ.) https://doi.org/10.14341/probl200955449-54

Просмотров: 22


Creative Commons License
Контент доступен под лицензией Creative Commons Attribution 4.0 License.


ISSN 0375-9660 (Print)
ISSN 2308-1430 (Online)